Осенившая ее догадка заставила Наташу разразиться заливистым смехом. В голове незамедлительно вспыхнул образ Матильды, тут же изъявившей желание оказаться рядом и порадоваться непонятно чему вместе с хозяйкой. Николаева, продолжая смеяться, послала самке приказ оставаться там, где она находится, до утра, как и было велено. А затем перенаправила вектор своего зова с горизонтального направления в вертикальное.
Все оказалось проще, чем она ожидала. И в то же время сложнее. Зона действия ее зова шла в пространстве только в двух измерениях, тонким диском окружая источник. Но Николаева чувствовала, что и это обстоятельство не является константой. Ширину можно увеличить. Диск можно растягивать по двум плоскостям. Можно и по всем трем. Надо только понять, как. Сообразить, как превратить зов в полную сферу.
Наташа прошлась ментальной волной вглубь земли. «Червя» обнаружить не удалось, зато ответ пришел от нескольких «грызунов», разбуженных в норах. Все оказалось действительно просто. А теперь стоило, наконец, перекусить и подумать о другом.
Наташа достала одну из оставшихся таблеток и задумалась. Может, стоило послать Матильду на поиски какого-нибудь источника воды? Но потом девушка отмела эту идею. Пусть сидит дальше одна, а она съест полтаблетки всухомятку. Не в первый раз. Вернее, именно так и было в первый раз. Так что, наверное, будет лучше, если для начала съесть четверть, а потом еще одну. А то опять будет плохо.
На этот раз обошлось. После еды Николаева какое-то время прислушивалась к внутренним ощущениям, но все было спокойно. Сытый организм незамедлительно расслабился, и Наташа, лениво привалившись к стволу, начала обдумывать оставшийся нерешенным вопрос.
Физический контакт с Воспитателем позволил ей проникнуть в его сознание. Заставил этого паразита непроизвольно выдать всю свою историю и все мысли, которые еще могли зародиться в деградирующем мозге. И тут стоило кое о чем поразмыслить.
Насколько Наташа смогла понять, сейчас на планете сформировались три основных вида бактерий, пытающихся выиграть при помощи животных и людей место под солнцем. И все три вида начинают активизировать у зараженных различные мозговые волны, повышая чувствительность и зверей и человека ко всяким ментальным делишкам. Те же симбионты необычайно чувствительны друг к другу и к ней. А этот паразит, который чуть не утопил ее, самым натуральным образом подчиняет себе людей, превращая их в куклы для размножения!
Наташа передернула плечами. То же самое он собирался сделать и с ней. Но для того, чтобы качественно обсеменить «дитя», необходимо продолжительное время. Только тогда она смогла бы в дальнейшем стать одним из Воспитателей. И как бы происходил сам процесс превращения ее в паразита? Ведь, если вспомнить слова доктора Корхонена, ее организм никогда не болел, а стало быть, не отреагирует на внедрение микроорганизмов. Выходит, она не смогла бы стать Воспитателем при любом раскладе, и то мгновение, в течение которого она касалась этого чудовища, не причинило ей никакого вреда. Но, с другой стороны, она изменилась. Причем, изменилась именно после того, как повстречалась с паразитом. Теперь ее ментальная связь с той же Матильдой воспринимается не иначе как зов. В первые дни это неосознанное определение вызывало у Наташи неприятные ассоциации. Теперь же… Ну, зов и зов.
Николаева наклонилась вперед, обхватив руками голову, в которой проскочила единственная и невероятная мысль. Противоборствующая энергия защитного липидно-белкового слоя бактерий. Именно ее излучение смертельно для конкурирующих видов симбионтов и Воспитателей. Именно неосязаемая и невидимая тонковолновая энергия мембран, возникающая вследствие существования разности потенциала и движения разнозаряженных атомов определенных веществ, дает все эти свойства. Создает физическое поле, никогда и никем еще не зафиксированное. Ни учеными погибшей в Катастрофе цивилизации, ни оснащенными фантастической техникой жителями Саворрата и других подземных городов.
Сами по себе бактерии, к какому бы виду они ни относились, есть только форма существования этой энергии. Живя и размножаясь в организме, они позволяют зараженному осуществлять свои ментальные функции до самой смерти этого самого организма, перестраивая и поддерживая изменяющийся мозг. Все же остальные уродливые изменения – это только неизбежное следствие.
Получается, что и возможность считывания мыслей при физическом контакте тоже, своего рода, побочный эффект? Или, может быть, именно благодаря ему Воспитатель получал окончательную власть над своими «детьми»?