– Черт возьми. – Когда я заканчиваю исторгать содержимое моего желудка, он бьет меня по лицу.
На самом деле я не чувствую удара, а лишь пульсацию в щеке, когда прислоняюсь к столбу. Тщательно созданный образ Паркера трескается по швам, и что-то падает мне на колени.
Я смотрю на черную змею, обвивающую мои бедра и поднимающую голову, чтобы посмотреть на меня. Ее язык высовывается, будто она пробует воздух на вкус, и я хнычу не в силах отвести глаз. Хотя какая-то часть меня говорит, что я не должна бояться.
Мои воспоминания ускользают от меня, расплывчатые, как туман.
Я боюсь. Особенно когда змея медленно ползет по моему животу, поднимаясь выше.
– Почему змеи? – вяло спрашиваю я. – Зачем ты отрубил чьи-то головы и подложил змею в мою постель?
Паркер приседает рядом со мной и снова хватает за волосы, оттягивая голову назад. Он обнажает мое горло, пряча змею от моего взгляда, и я пытаюсь выровнять дыхание, заставляя себя считать вдохи и выдохи, но цифры путаются в моей голове.
– Мне так нравится твой страх, – говорит он, и я чувствую, как что-то покалывает мою шею, но не могу сказать, что к ней прикасается – его губы или змея, поэтому зажмуриваю глаза. – Как сейчас, – его голос снова звучит издалека.
Змея обвивается вокруг моего запястья, но затем я перестаю ее чувствовать и выдыхаю. Мне кажется, что, исчезнув, это существо забрало с собой и мое тело.
– Пожалуйста… – слово вылетает с моих губ прежде, чем я успеваю вспомнить, что мне не стоит молить монстра о пощаде.
– «Пожалуйста» что, малышка Кора? – Паркер сжимает мой подбородок, поворачивая лицо то в одну, то в другую сторону, и его руки перемещаются к пуговицам на моих шортах. – Мне кажется, пришло время для нашего маленького эксперимента, ты не думаешь? Запереть твой разум в твоей хорошенькой головке вместе с кошмарами. – Я борюсь с дрожью и подтягиваю ноги, пытаясь пнуть его или сделать хоть что-нибудь.
– Не волнуйся. – Он наклоняется ближе и кладет руку на мое плечо, позволяя увидеть монстра, которого он выпускал только дома.
Монстра, с которым я быстро научилась жить. Который пережевал меня и выплюнул, оставив лишь пустую оболочку.
– Я прослежу, чтобы тебя парализовало с открытыми глазами. Чтобы ты видела каждую мерзость, которую я собираюсь с тобой сделать.
Я стараюсь не дрожать, но знаю, что Паркер способен сделать со мной. Он способен на то, что шесть месяцев на Райском острове не смогли бы исправить. И это не иллюзия, созданная наркотиками, а реальность.
Он распахивает мои шорты и проводит пальцем по краю черных трусиков.
– Я ожидал большего, – со вздохом говорит он. – Кружев, стрингов, что-то еще. Ведь тебе явно удается удерживать внимание трех мужчин не своим чертовски упрямым характером.
Я рычу и подаюсь вперед, ударяя лбом его рот, хотя это не самая лучшая цель.
– Ты за это заплатишь! – шипит он, падая на задницу и касаясь пальцами своей губы. – Черт, как больно, сука! – Он снимает крышку со шприца и поднимает его к свету.
Наркотик, который я вдохнула, погружает меня в бездну страха и темноты. Но даже находясь в этом водовороте, я не чувствую легкости и парения. Меня словно тянет на дно океана, и я начинаю тонуть.
– Паркер! – раздается голос с порога, и мой бывший выпрямляется.
Безумная радость в его глазах исчезает, и внезапно он снова становится очаровательным агентом Управления по борьбе с наркотиками Стерлинг-Фолса. Он убирает шприц в нагрудный карман и поворачивается лицом к вошедшему, которого я не вижу. Их голоса будто искажены, но я игнорирую их негромкий разговор, сосредотачиваясь на Джейсе, который все еще лежит на полу без движения. Теперь его глаза открыты, и я читаю в них боль и страдание. Те же чувства вспыхивают и во мне, превращаясь в лавину боли.
Это все из-за меня. Это моя вина, что мы попали в эту передрягу и Паркер нас похитил. Он всегда стремился превратить меня в свою игрушку или питомца, чтобы в будущем хвастаться мной перед друзьями, как если бы я была трофеем, который он мог бы поставить на свою каминную полку.
Я закрываю глаза и слышу, как новоприбывший спрашивает Паркера:
– Что ты собирался с ней делать перед тем, как я вошел? – по большей части его голос кажется невозмутимым и даже безразличным, но тем не менее этот мужчина подходит ко мне и прижимает пальцы к моему горлу.
Я ощущаю, как бьется мой пульс под его прикосновением. Он звучит уверенно, даже несмотря на то, что я нахожусь под воздействием наркотиков. И точно не так, каким я представляю себе сейчас пульс Джейса.
Я не могу открыть глаза и почти не чувствую своего тела. Удивительно, но спустя секунду я перестаю чувствовать даже прикосновение незнакомца, но напрягаюсь, чтобы мысленно передать послание этому человеку. Наверное, я должна его знать, но его голос доносится до меня чертовски приглушенно, будто я все еще под водой.
– Она моя! – говорит Паркер. – И я как раз собирался показать ей это.
– Ты тупой ублюдок, – вздыхает незнакомец.
– Извини? – голос Паркера все еще расслаблен, все еще очарователен.
