Я шла позади инарского принца. Выглядеть равнодушной в данной ситуации было одновременно легко и в то же время трудно. Хотя, наверное, это не имело никакого смысла. Киан шёл впереди и всех моих усердствий заметить никак не мог, даже если очень сильно захотел. Но, впрочем, мой взгляд вновь и вновь останавливался на широкой спине принца. Нет, ругаться и обвинять принца в подглядывании уже не хотелось. Да и зачем? Ругаться — глупо. А обвинять в подглядывании — смешно. Вполне возможно, принц так же, как и я, тоже хотел искупаться в реке.
— Аника, вы решили уничтожить меня своим грозным взглядом? — насмешливо спрашивает Киан, оглядываясь на меня. — Я уже боюсь.
— Не стоит, — равнодушно возразила я, отвечая скорее из-за приличий. — Бояться нужно было тогда, когда вы спокойно обустраивались на моём насиженном месте. Сейчас уже поздно.
Реакцию Киана на свои слова я не увидела. Он отвернулся. Но уверена, весёлая улыбка появилась на его тонких губах, выдавая усмешку.
Тёплый вечер сменился холодной ночью. Тонкая и легкая одежда не защищало кожу от свежего ветра, который уносил с собой тепло. Снова посмотрев на Киана, я завистливо вздохнула. Свободная рубашка, походные штаны и сапоги были надеты на нем, но чувствовал себя Киан замечательно. Я же в отличие от него обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Затопившую меня радость от появления огней костров между массивными стволами деревьев нужно было видеть. Мы наконец-то подошли к лагерю.
— Приятных снов, принцесса, — принц галантно пропустил меня к карете.
— И вам тоже, Киан, — сказала я, стараясь сильно не шуметь, чтобы не разбудить Тайлу.
Уснуть мне удалось только под рассвет, когда бледно-красные, оранжевые лучи стали озарять верхушки деревьев. Хотя не скажу, что бессонница мне мешала. За ночь мне удалось многое о чем подумать и даже составить несколько пунктов в плане на будущее. И первый из них — это обзавестись симпатией инарского высшего двора, а лучше поддержкой после прибытия в королевство. Можно будет устроить открытые балы для леди и лордов. Обычно такие торжественные приемы нравятся молодой знати, а, особенно, возможность всем показаться себя. Для зрелой аристократии нужны менее шумные и веселые вечера. Возможно рауты… Или приглашения во дворец на несколько дней. Можно устроить личные чаепития со светскими разговорами или прогулки по побережью моря. Не думаю, что местные дамы откажут себе в удовольствии познакомился с лирийской принцессой, а потом пообсуждать ее, распространяя невозможные сплетни и слухи. Это даже будет весело. С учётом того, какие слухи обо мне и Эрасе уже разгуливают по всему Инарскому королевству. И даже за его пределами. Вторым пунктом является изучить все прошлые и текущие дела в королевстве. Все торговые, политические, иностранные договоры Инара мне необходимо знать для достойного правления. Пусть я лирийка, и для меня Инарское королевство равноценно слову "зло". Но я стану их правительницей, и мне не хотелось опозорить свой род неподобающими поступками и поведением. Чтобы не один инарец не смел плохо отозваться обо мне и о моей стране. Чтобы не смел упрекнуть в невежестве и глупости. И уж не более не смел говорить о Лирийском королевстве как о побежденном.
— Ваше Высочество! Идите в карету! — Тайла встревоженно посмотрела на меня. — Дождь усиливается.
Я хмыкнула. Погода окончательно испортилась. Морось, которая застала нас ещё утром, превратилась в нудный и затяжной ливень. Крупные капли дождя быстро падали на землю, застилая вид высоким пологом воды. На расстоянии двадцати метров ничего не было видно, только какие-то неровные и размытые очертания. И именно по ним можно было понять впереди тебя есть ли дерево, кусты или валун, больших размеров. Не знаю, как инарцы до сих пор не заблудились и продолжали вести нас в сторону Инарского королевства.
А может мы и так уже заблудились?
Тёплый плащ перестал греть. Висел на мне бесформенной тяжёлой массой и не защищал от проливного дождя. Холодные капли стекали по лицу, отчего возникало неприятное ощущение. И пальцы, казалось, уже потеряли чувствительность.
Тайла определённо была права, когда уговаривала меня утром поехать в карете, а не верхом на лошади. Мне тогда казалось, что дождь пройдёт скоро и беспокоиться было не о чем. Ведь мелкий дождик бодрил, и настроение у меня утром ещё оставалось хорошее. Правда сейчас кроме раздражительности и усталости от боевого настроя ничего не осталось.
Я потянула за поводья, останавливая лошадь. Та недовольно фыркнула, замедляя бег, и, встав, стукнула копытом о землю. Рядом со мной затормозила карета. Спуститься на землю мне помог один из лирийских войнов, который потом забрал мою лошадь. Я же быстро поторопилась залезть в такую уютную, как мне сейчас казалось, карету.
— Укройтесь, Ваше Высочество, — Тайла заботливо протянула мне шерстяное одеяло. — Вся холодная! Ваше Высочество, нельзя же так издеваться над собой. — служанка сокрушенно покачала головой. — Вы должны беречь себя! Хотя бы ради своего мужа и ваших детей.
