– Нет, – признался Романте, – ни черта не понимаю. Однако именно среди этого сборища кто-то произнес некое заклинание прямо над ухом заместителя начальника этого департамента. Возможно, это было что-то связанное с внушением мыслей.
– А вы можете узнать, кто это сделал?
– Нет. То есть я могу использовать заклятие, чтобы выявить отпечаток личности, но если я сам с этой личностью не знаком, то никак ее не узнаю. К тому же след на сюртуке очень слаб. Это было довольно давно.
– Жаль. Но мы, по крайней мере, сможем прийти в клуб и побеседовать с его членами.
– Вы знаете, что это за клуб? – удивленно спросил Элио.
– Конечно. Как сынок местного богатея и представитель золотой молодежи, я просто обязан знать все клубы в городе. Такие сюртуки носят члены «Рассвета Эсмин Танн». Завтра я вас туда отвезу, если угодно.
– Но почему не сегодня?
– Потому что сегодня моя супруга ждет меня дома и очень волнуется, поскольку я там уже несколько дней не появлялся. А я не хочу ее волновать, в ее положении и ожидании, если вы понимаете, о чем я.
– А, – пробормотал Элио, густо покраснев. Он и не подозревал, что у Скотта есть жена, к тому же беременная. – Ладно. Тогда завтра.
– Не волнуйтесь. Чем дольше этот человек будет считать, что он в полной безопасности, тем лучше. К тому же вряд ли он убежит от своего главного сокровища.
На улице уже совсем стемнело, когда они сели в экипаж. Детектив Скотт любезно решил подвезли юношу до квартала джилахов. Город, однако, не думал засыпать: фонари освещали улицы, по которым сновали толпы народа, спешащие в театры, кафе, рестораны, клубы, музыкальные салоны, из которых доносилась музыка и пение.
Элио с интересом смотрел по сторонам. Было тепло, хотя с моря налетал прохладный ветерок; юноша тишком ослабил галстук, расстегнул одну пуговку на воротнике и вдохнул свежий воздух поглубже.
Но чем сильнее они удалялись от площади Согласия и центра города, тем тише становились улочки и кварталы. Фонари горели и тут, но освещали пустынные улицы, закрытые ставни домов и темно-зеленые купы кустов. Джилаха вдруг потянуло в сон – он не выспался, рано встал, просидел в душном архиве целый день, и теперь мерное покачивание экипажа его убаюкивало.
– Ложитесь, – предложил ему Скотт, – вздремнете по пути. Еще минут сорок ехать.
– Спасибо, – Элио подавил зевок и встал с козел, чтобы перебраться на сиденье, как вдруг уловил какой-то странный запашок, портящий аромат свежей травы и цветов.
Юноша замер, принюхался и схватил Скотта за плечо:
– Вы чувствуете?!
– Что именно?
– Тут воняет трупом!
– Где? – удивился полицейский, принюхался и натянул вожжи. Лошади испуганно всхрапнули и дернулись, словно порывались не останавливаться, а напротив – перейти на рысь.
– Тише, тише, мои славные. Мертвые вам ничего не сделают.
– Это смотря какие, – процедил Романте, сон мигом слетел с него.
Джилах расстегнул кобуру и вытащил револьвер, заряженный «архангелами». Скотт остановил экипаж между фонарями, так что они оказались в полутени, но видели хорошо освещенную улицу впереди и позади. Подкрасться с флангов у врага не вышло бы – между домами не было проходов, ограды перетекали друг в друга.
Элио успел расстегнуть на всякий случай кобуру на бедре, когда перед ними наконец появились две фигуры; трупный запах усилился. Они медленно ковыляли по тротуару, чуть пошатываясь, и направлялись к экипажу. На расстоянии в десяток ярдов они остановились, не вступая в круг света от фонаря, но Элио все равно их разглядел, и у него сжалось сердце. Он узнал двух полицейских, хотя их лица уже были покрыты трупными пятнами.
– Ох боже, – прошептал Скотт. – Это же Элисон и Кид!
– Уже поздно, – тихо сказал джилах. – Простите. Я опоздал.
– Но они же…
– Они уже умерли. Это просто тела.
«Ну зато теперь-то можно стрелять им в башку», – тут же промелькнула у юноши неприлично практичная мысль.
Один из полицейских шагнул вперед, указал на Элио и глухо булькнул:
– Ты!
– Ну, я, – ответил Элио и поднялся во весь невеликий рост. – Чего тебе?
– Выпусти меня! – потребовала Королева Магелот. – Выпусти или заберу их!
– Кого? Эти уже умерли, если ты не заметила.
– Других, – прошипела нечисть. Неподвижный взгляд мертвеца вперился в детектива. – Я знаю их. Я найду их выводки и заберу всех.
– Но если я тебя выпущу, то ты же сделаешь то же самое. Так какой мне резон тебя выпускать?
– Выпусти, и я пощажу… некоторых. Этого, – второй мертвец указал на Скотта, – и его выводок. И может, кого-нибудь еще.
– Нет, – сказал Элио, – сделка мне не подходит. Давай так: я открою проход на ту сторону, ты туда уйдешь и закроешь за собой дверь?
– Открой! – яростно прошипела Магелот. – Я выпущу легион моих детей!
– У нее есть дети?! – пораженно выдавил Скотт.
– Я не выпущу тебя. Никогда.
– Значит, сдохнешь здесь!
