Элио, впрочем, воспринял это известие совершенно равнодушно. Всю дорогу до Джолиет-холла юный джилах молчал и о чем-то напряженно думал. Уикхем мог только гадать, что заставило Элио погрузиться в размышления и к каким мыслям он в итоге придет.
У Джолиет-холла дежурили двое полицейских. Элио спрыгнул наземь, подошел к ним, о чем-то долго расспрашивал и только после беседы стал обходить защитный контур, выискивая ослабленные места. Скотт с интересом следил за юношей.
– Знаете, – вдруг сказал детектив, – вчера эта ваша нечисть пообещала добраться до моей семьи. Мне следует об этом беспокоиться?
– Пока контур на месте – нет, – ответил Диего. – Но если синьор Романте предложит поставить защиту вокруг вашего дома – то лучше вам не отказываться.
– Надо же, – пробормотал Скотт, – вроде бы потустороннее существо, а замашки – как у обычного бандита.
Элио закончил с осмотром контура минут через двадцать, вернулся к экипажу и хмуро сообщил:
– Езжайте в клуб без меня. Мне нужно доложить обо всем шефу.
– Что-то случилось? – встревожился Уикхем. – Ты что-то нашел?
– Я привел контур в порядок, но мне не нравится, что она так активно его грызет. У нее не должно быть столько сил без питания, иначе и ритуал с дюжиной мертвецов ее бы не удержал. Я считаю, об этом нужно доложить.
– Хорошо, – кивнул Скотт. – Я подвезу вас к дому гостеприимства.
– Спасибо, не нужно. Не теряйте времени. Я сам доберусь. Вечером встретимся и все обсудим.
– Полагаю, что лучше у меня дома, – сказал детектив. – В ближайшие дни вы будете в департаменте персонами
Клуб для джентльменов «Рассвет Эсмин Танн» был местом во всех отношениях респектабельным. Здесь собирались, как сказал Скотт, самые уважаемые столпы общества, обычно не младше пятидесяти лет, для того, чтобы чинно и приятно провести день – либо вечер. Нельзя было и помыслить о том, чтобы порог этого клуба переступил какой-нибудь сомнительный с точки зрения репутации или внешности тип – и это Уикхем немедленно ощутил лично, когда управляющий клуба наотрез отказался пускать его внутрь – даже как консультанта полиции.
– Простите, сэр, – твердо сказал управляющий мистер Соуги, глядя на Диего с откровенным отвращением, – даже ради сэра Абернаута. Даже ради вашего уважаемого отца.
– Даже если мы вернемся с ордером на обыск? – поинтересовался Скотт, управляющий вздрогнул всем телом и в ужасе уставился на детектива.
– С полицейским обыском?! Сюда?! Сэр!
– А почему бы и нет, – невозмутимо ответил Скотт. – Если след преступления ведет сюда…
– Это совершенно невозможно, сэр!
– … то, значит, полиция может войти. Или вы хотите сказать, – вкрадчиво осведомился детектив, – что на территории вашего клуба допустимо не соблюдать законы государства?
Диего это позабавило. Детектив Скотт, как и юный Элио, каким-то образом ухитрялся выглядеть угрожающе, не делая при этом ничего устрашающего. Правда, Элио смотрел на окружающих снизу вверх, а детектив – сверху вниз, и это добавляло исходящей от него угрозе некоторой весомости, что ли.
– Э… ннууу, – мистер Соуги отступил на шажок вглубь холла. – Конечно нет, сэр, но я бы… мы бы… я бы как представитель клуба не хотел бы, чтобы…
– Ну, если здесь появится полиция, это нанесет репутации вашего заведения куда больший урон, верно? И уж куда сильнее потревожит ваших посетителей.
– Ох, сэр! – с упреком вскричал управляющий. – Что бы сказал ваш достопочтенный батюшка?
– Мой батюшка крыл отборной бранью подрядчиков, которые опоздали с доставкой леса на строительство железной дороги, – хмыкнул Скотт. – Так что уж он-то точно нашел бы, что сказать.
– О господи… хорошо, этот… мистер, – управляющий покосился на Диего, – может пройти в комнату для прислуги.
– Так нам туда и надо! – воскликнул детектив и лучезарно улыбнулся. – Вот с этого и нужно было начинать, старина, мы бы избежали всей этой неприятной сцены!
Оборотень, который все это время стоял молча, заполняя собой большую часть дверного проема, переступил порог, принюхался и направился к помещениям для прислуги. Следом семенил мистер Соуги, все еще готовый броситься грудью на защиту интересов клуба, и неспешно шел Реджинальд Скотт.
Идея насчет обыска прислуги принадлежала ему. Когда Диего указал детективу на то, что по вечерам в клубе намного больше народу, тот возразил:
«Но ведь наш подозреваемый может быть и из числа слуг. А если это так, то мне хотелось бы, чтоб в момент ареста в клубе было как можно меньше людей – то есть потенциальных жертв».
Мысль была здравой. К тому же кто-то из слуг мог что-нибудь заметить.
Слуги хлопотали на кухне, в полуподвальном этаже, но стоило управляющему появиться на пороге, как кипучая деятельность тут же замерла. Мистер Соуги объявил, что у детектива Скотта есть некоторые вопросы, на которые следует отвечать честно, прямо и четко.
Полицейский приступил к допросу, а Уикхем неспешно стал обходить кухню, принюхиваясь к каждому человеку из персонала по очереди. Его действия крайне возмутили управляющего: с кислой миной он следил за каждым движением Диего неотступно, аки коршун, но, слава богу, молча.
