Но наконец, мы выехали на Дмитровское шоссе и уже спокойно подъехали к кафе. По скорбному случаю, в зале все зеркала были задрапированы тёмной тканью. На отдельном столике стояла большая фотография Людмилы украшенная цветами. Пока стояли в пробке, все порядком замёрзли в трясущемся небольшом автобусе. Горячий бульон с кусочками курицы и только что испечёнными пампушками согрел холодные наши тела. Немного посидев в кругу сослуживцев Люды, мы с Олегом собрались уходить. Попрощавшись со всеми, Олег остановил такси.
— Я думаю, Люда была бы довольна проводами, — грустно сказала я, когда почти подъехали к моему дому.
— Марго, ей уже всё равно, — заметил Олег.
Откуда нам знать всё равно или нет? Всё гадаем, что там, да как там? Но тайну эту откроет каждый для себя сам, когда придёт время. А мне хочется, чтобы Люда видела и знала, что её не забыли, не оставили. Не позволили похоронить за счёт домкома или кого-то ещё не понятно, как и где. А в последний путь проводили, как и принято отправлять в последний путь дорогих друзей.
— Ничего Людочка, я и завтра к тебе с утра приеду. Всё честь по чести, — думала я.
— Рит, прекращай свои расследования, это опасно. Всё выискиваешь что-то по ночам, носишься за мужиками незнакомыми, — выйдя из машины, и помогая войти мне в подъезд, сказал Олег.
— Что Мишка нажаловался? Ябеда, — устало ответила я.
Мне так жалко стало, бывшего моего красавца. Нежно поцеловав его в щеку, я так же нежно приободрила его:
— Отдохни Олежек, у тебя очень усталый вид. Созвонимся.
— Да и у меня видок не очень, — думала я, глядя на себя в зеркало кабины лифта, — спать, спать, завтра напряжённый день.
В десять утра я припарковала своего «Форда» у входа на Митинское кладбище. На могиле около фотографии Людмилы лежали гвоздики. Весь холмик побелел от шедшего ночью снегопада. Красные тюльпаны выглядывали из-за тонкого белого покрывала и были похожи на капельки крови, разбрызганные по всему холмику. Мне стало жутко от такого сравнения. Постояв немного, я положила принесённые цветы на могилку и тихо сказала, обращаясь к приставленной к кресту фотографии Людмилы.
— Вот так подруга, сидели, болтали обо всём, только не о важном. О чём ты мне хотела поведать? Просто так вокруг тебя не вились бы разные слесари и бандиты. И почему ты мне тогда о Никаноре ничего не рассказала? Где теперь я раздобуду информацию о нем?
Мне показалось, что свежий чуть морозный воздух смешался с запахом табака и резким ароматом мужского отвратительного парфюма, смешанного с чьим-то амбре. Я повернулась и испуганно отшатнулась. За моей спиной стоял парень с физиономией, о которой обычно говорят: «бандитская морда».
— Господи! Чего надо? — сразу перешла я в наступление.
— Мне? Это тебе чего надо, старая? — Прошипел он.
От наглости тёмной личности я прямо-таки поперхнулась.
— Это я старая? Ах ты, бандит недобитый! А ну вали отсюда, сейчас милицию позову!
— Если успеешь, — тихо процедил он сквозь зубы мне на ухо. Ты лучше бросай вынюхивать, а то рядом ляжешь. Поняла? Смотри, больше повторять не буду.
Вокруг не было ни одного человека. Мне стало не по себе, и я быстро пошла к выходу из кладбища, к месту, где оставила свой автомобиль. Рядом стояла уже знакомая мне «Мазда». Я посмотрела на её номер, и поняла, что вчера память меня не подвела. Пока хозяин автомобиля замешкался, прикуривая сигарету и находился на приличном расстоянии от парковки, у меня созрел жестокий план мести этому нахалу.
Ну не могла я ему простить такое унижение! Пугать меня надумал! Щас!
Проходя мимо сверкающего новизной автомобиля, незаметно для хозяина, брелком, который мне перепал от Михаила, у него такой же — большая золотистая буква «М» с короной наверху, я процарапала на двери новенькой «Мазды» хорошую жирную черту. Увидев, что тётка наглеет прямо на его бандитских глазах, вышедший из кладбищенских ворот мужчина, в сердцах бросив недокуренную сигарету, кинулся к своей уже дефектной «Мазде».
Вожу машину я всегда аккуратно, соблюдая все правила дорожного движения. Но видя, с каким настроем, парень заскочил в свой раненный автомобиль, я поняла, что мне надо срочно учиться быстрой езде.
Моё место на дороге — крайний правый ряд. Но сейчас я показала мастер класс по вождению. Удачно маневрируя между автомобилями и как только у меня это получилось, наверное, от страха попасть в лапы этого странного молодого человека с бандитской внешностью, я свернула с кольцевой дороги и въехала в город. Блуждая по улицам, я думала, что, наконец, оторвалась от преследования. Но не тут-то было. Глянув в зеркало заднего вида, невдалеке я заметила, как машина преследователя мечется среди спешащих и не пропускающих её вперёд автомобилей. Недолго думая, я влетела под арку ближайшего дома. Быстро осмотревшись, увидела вокруг дворового сквера несколько припаркованных машин. Поставив свой «Форд» между ними напротив подъезда, выключив мотор, я выскочила из автомобиля, не забыв включить сигнализацию. Из-за ствола раскидистого большого дерева, спрятавшего мою фигуру, мне было удобно наблюдать за происходящим.
