Я отключила телефон, чтобы не слышать криков возмущения полковника. За окном слышалась громкая перепалка двух мужчин. Мы не заметили, как Никанор отошёл от удара моего оружия и, минуя комнаты, в которой мы находились, улизнул во двор, где стоял его «Мерседес».
Мы с Машей выскочили во двор.
— На всё нужен опыт, мне ещё не приходилось пользоваться шокером, — посетовала я, выбегая во двор Маше, ещё кашляя, следовавшей за мной.
Шофёр Никанора, оттолкнув хозяина от машины, хотел сесть за руль «Мерседеса» и выехать со двора в уже открытые ворота. Но не тут-то было! Я быстро подскочила к нему и, приставив шокер к его предплечью, нажала на пуск. Никанор ринулся ко мне, но тут Маша опустила на его голову тяжёлую трость. Никанор упал, как подкошенный к моим ногам.
— Машка! Я полковнику пообещала живым его сдать! Что ты всех по голове лупишь! То булыжником, то палкой!
Не успели мы прийти в себя, как послышался шум милицейской сирены. Из машины выскочил бледный Вадим Петрович.
— Маргарита Сергеевна, теперь я убеждён, что вам необходимо сигнализацию ставить. Знаете, такую — выходите из дома, сразу нам на пульт гудок, нет сирена, чтобы уже точно успеть вас изолировать от общества в отделении.
— Не ругайся полковник, вот доказательство, послушайте, — я протянула мобильный телефон с голосом Никанора.
— Что, уже два трупа?! — спросил Вадим Петрович, махнув головой на лежащих мужчин.
— Какие трупы? — хотела посмеяться я, но посмотрев на лицо полковника, только тихо добавила, — так, трупики…
— В дом! — полковник, сделав резкий жест рукой, показал, куда мы должны были с Машей удалиться, — и перекачайте всё на диск, — серьёзно, нахмурив брови, приказал он, передавая мне телефон обратно.
Присев на диван, Маша захныкала.
— А что, правда, мы их того, насмерть?
— Да брось ты! Таких паразитов с первого удара не прибьёшь. Нет, ты видела, как он нам приказал? В дом! — Я повторила жест полковника, нет, — Олег мой так не может! А Мишка, так вообще! — мы с Машкой улыбнулись. Я от того, что представила Мишу в такой позе, а Машка видно глядя на меня. Потому, что вид у нас обоих был ещё тот.
— Ну что покалечили людей и смеётесь? — строго сказал Вадим Петрович, остановив меня, видя, что я хочу что-то сказать, — сейчас все по домам, завтра в десять жду у себя в кабинете. Обоих! С диском.
Мы дождались, когда милицейская машина увезёт Никанора с водителем Иваном. Поставили «Мерседес» в гараж и вошли в дом. Там Маша достала из сейфа все документы: свои и Никанора. Перелистав их, ничего подозрительного мы не нашли, бухгалтерские бумаги, счета, квитанции.
— Я точно знаю, что у него есть ещё один потайной сейф, но где он мне не известно. Сейчас надо найти ключи от него, — Маша рылась в столе Никанора, — вот его связка. Но это всё не то! Где-то он прячет ключ от потайного сейфа. Но где?
— А где его трость? — спросила я Машу.
Маша сбегала во двор и принесла трость. Она стала крутить её в разные стороны. Ничего не найдя протянула мне. Красивая трость с ручкой в виде головы льва с большой гривой, которая служила ложем для руки. Я дотронулась до бороды льва спускающейся по стволу трости и чуть нажала на неё. Пасть льва открылась, и в вертикальном её отверстии сверкнул жёлтый металлический предмет. Это был ключ.
— Маргарита Сергеевна, ну вы, правда, сыщик, у вас нюх какой-то есть!
— Сейчас проверим, какой я сыщик, давай искать сейф.
Нас окликнула стоящая в сторонке баба Лиза, — Маргош, я что хотела! Ты уж прости меня старую, ключи от дома у тебя взяла, — чуть не плача оправдывалась старушка.
— Да, ладно баба Лиза, забудьте, — успокоила я её.
— Маргош, я, что сказать хочу, не ищите, не ройтесь. Я знаю, где сейф. Углядела один раз. Не подумайте, чего, нечаянно вышло. Пошли, — и она, махнув рукой, повела нас в подвал.
Отодвинув на одном из стеллажей банки с солениями и компотами, она долго водила рукой по стене. Потом сделав шаг в сторону, провела рукой и по другому участку кирпичной стены. Вдруг нажав на что-то под одним из выступов, в сторону отошёл фрагмент кирпичной кладки. Оказывается, это была искусно сделанная маскировка стены. За ней находился небольшой сейф. Открыв его, мы с Машей остолбенели от увиденного, а баба Лиза запричитала. На верхней полке сейфа аккуратно лежали стопочки валюты с одной стороны, с другой банковские упаковки с рублями. На второй полке лежала папка. Развязав тесёмочки, мы поняли, что это личные документы Влада — Владимира Петровича — Никанора. Рядом стояли две квадратные коробки, запечатанные скотчем. Взяв папку и одну из коробок, мы вышли из подвала и поднялись в гостиную.
Пролистав файлы с документами в папке, мы нашли в ней много интересного. Во-первых, свидетельство о рождении Никанора. Оказывается, не такой он и старый — тысяча девятьсот сорок первого года рождения.
— Машунь, так он посидеть в тюрьме ещё успеет, а вот выйти на свободу, может не успеть.
Я показала Маше зеленоватую небольшую затёртую бумажицу. У меня такое же свидетельство лежит. Сейчас другие выдают.
— Смотрите фамилия Изгоев. Владимир Петрович Изгоев. Надо же.
