Иней покрывал стекла ее окна, делая лунный свет мягким и мутным. Дар едва могла разглядеть Ковок-ма, сидящего в своей камере в другом конце комнаты, и не знала, проснулся ли он. Нир-ят спала рядом, сидя прямо, как Ковок-ма. Дар была рада, что она рядом. Если бы было иначе, Дар представила себе, как она пересекает комнату.
19
Полуденное солнце плыло по ясному голубому небу, но воздух был морозным. Дыхание Грома парило, когда он рысью приближался к королевской конюшне, которая находилась отдельно от тех, что использовались гвардейцами и придворными. У ее дверей стояли шесть конных гвардейцев. Когда дверь открылась, из нее выехала королева Гирта верхом на серой пятнистой лошади. Толум Коль с удовлетворением отметил, что ее больше никто не сопровождал. Он направил Грома в ее сторону.
Королева, сопровождаемая своим эскортом, встретила его в центре двора. Коль остановил своего скакуна и поклонился из седла.
– Ваше величество. День холодный, но прекрасный для прогулки.
– Я тоже так думаю, – сказала Гирта. Она направила свою лошадь к дворцовым воротам. – На наветренной равнине мало снега. Поедем туда.
Толум Коль ехал рядом с Гиртой по мощеным улицам Тайбена. Когда они выехали за городские ворота, королева пустила коня в галоп. Коль подстегнул Грома, и они понеслись по сухой, бурой траве, на которой лежала лишь снежная пыль. Когда Гирта перевела свою кобылу на рысь, Коль сделал то же самое со своим жеребцом.
– Вы хорошо ездите, сэр, – сказала Гирта. – Я бы приняла вас за кавалерийского офицера, если бы мой сын не сказал мне, что вы служили у орков.
– Он повторил мои рассказы?
– Все. Они его очень забавляли.
– Я рад, что они его развлекли.
Гирта хихикнула.
– Особенно веселой была та, что про орка и свиноматку.
– Если принц сможет смеяться над орками, он будет меньше их бояться. Это пойдет ему на пользу. Орки чуют страх.
– То же самое говорят о собаках, хотя я этому не верю.
– Это не басня, когда речь идет об орках. Они улавливают и другие чувства. Гнев, боль, любовь. Они чутко улавливают любую слабость.
Гирта рассмеялась.
– Любовь – это слабость?
– Я видел людей, которых она погубила. И орков тоже.
– Орка сгубила любовь?
– Наверное, лучше сказать «похоть».
Гирта выглядела заинтригованной.
– Надеюсь, эту историю вы не рассказывали моему сыну.
– Она не подходит для юных ушей.
Гирта улыбнулась.
– Или моих?
– Отчасти вы ее уже знаете. Как, по-вашему, женщина могла стать королевой орков?
– Вы имеете в виду Дар?
– Именно.
– Она мертва, так что не говорите о ней плохо.
– Она не мертва. Она слишком умна.
– Уверяю вас, это так, – сказала Гирта. – Она была почти мертва, когда я видела ее в последний раз.
– Я слышал эту историю. Она получила отравленную рану. Но где же этот смертоносный клинок?
– Его забрал орк.
Коль улыбнулся.
– Это было удобно. Не удивляйтесь, если снова услышите о Дар.
– Так вы говорите, что это была неправда?
– Я знал ее еще в полку. Она всегда была хитрой. Как еще ей удалось провести орков во дворец? Они остаются там до сих пор.
– Они там для моей защиты. Орки почитают женщин.
Коль выглядел удивленным.
– Кто вам это сказал?
– Дар.
– Тогда почему они держали их в качестве рабынь?
– Их призвала армия, а не орки.
– Только потому, что орки настаивали, они отказывались сражаться иначе.
– У меня другое понимание, – сказала Гирта.
– И не мне вас переубеждать. Я всего лишь толум. У вас есть вельможи, которые могут дать вам совет. Если Дар мертва, мои опасения беспочвенны. Я больше не буду о них говорить.
– Хорошо, потому что я замерзла. – Гирта повернула коня к воротам Тайбена. Коль и ее стража последовали за ней.
Когда королева сошла с коня во дворе дворца, она обратилась к Колю.
– Выпейте со мной горячего вина со специями. Гвардеец позаботится о вашем коне.
– Вы очень добры, – сказал Коль.
– Пойдемте, я замерзла.
Коль слез с коня, передал поводья Грома гвардейцу и последовал за королевой во дворец. Она привела его в большую, но уединенную комнату с окном, выходящим на город. В камине пылал огонь, а рядом стоял слуга с кубком вина со специями. По приказу Гирты он налил два кубка и подогрел жидкость раскаленной кочергой из камина. Гирта погрела руки о свой кубок, прежде чем отпить теплое вино.
Толум Коль сделал согревающий глоток и удовлетворенно вздохнул.
– Этот день был холоднее, чем казалось. Ваше Величество обладает выносливостью опытного воина.
– Я выросла на западных равнинах.
– Я не проводил кампании в том регионе. Говорят, зимы там суровые.
– Верно говорят, но я ездила круглый год.
– Значит, Тайбен кажется вам тесным.
– Временами да. Полагаю, женщины, которых вы знаете, ведут более авантюрную жизнь.
– Я не знаю женщин, – сказал Коль. – У меня есть сестры, но я не видел их уже много лет. Военный человек ведет неустроенную жизнь.
