Королева разрушенных империй полностью

— Будьте осторожны. Я не знаю, что вас ждет по ту сторону.

— Знаю, — говорит она, целуя меня в щеку. — Все будет хорошо, Лу. Мы возьмем с собой всех, кто захочет пойти.

Мы отпускаем друг друга, и я поворачиваюсь к Эриксу. Его крылья шевелятся за спиной, когда он выпрямляется.

— Что я могу сделать?

— Проведи нас из художественной студии к зиккурату в Доме Эсагила. Камень находится в самых нижних уровнях.

Эрикс кивает, и я обращаюсь к Хотару.

— Ваше величество, — говорит она, тревога тяжело лежит в ее глазах, когда они скользят к месту, где только что был портал.

— Мне нужно, чтобы ты взяла это, — говорю я, протягивая ей два ключа. Она сглатывает, глядя на кулоны, которые я кладу ей в ладони. — Работай с Алоросом, чтобы перемещать порталы и отправлять всех, кто готов сражаться, в нужные места. Он поможет тебе. Просто соедини их и поверни, — я показываю движение руками. Хотару смотрит мне в глаза, и я улыбаюсь. — Я знаю, что тебе небезразлично это царство. Я видела это в тебе. Я доверяю тебе, Хотару.

На лице Хотару мелькает беспокойство, прежде чем она кивает.

— Да, моя королева.

— Уинтер, — говорю я, поворачиваясь к аптекарше, которая стоит с Романом в тени у края помоста. Она выходит вперед, слегка склонив голову. — Сможешь сделать так, чтобы демоны, которые захотят отправиться в Царство Света, чувствовали себя комфортно, как ты сделала для Ашена? — я киваю в сторону мужа, чьи запястья скрыты под повязками, похожими на те, что у Эрикса. — Сколько сможешь, если такие вообще найдутся.

Уинтер бросает взгляд на толпу, затем на меня, решительность ускоряет ее сердцебиение.

— Да. Я смогу.

Кладу руку ей на плечо и смотрю на Романа, между нами проходит безмолвное понимание — защитить аптекаршу. Глубокий вдох наполняет легкие, когда я отпускаю ее и поворачиваюсь к Ашену.

Страх натягивает невидимую нить между нами. Гордость и решимость согревают каждую точку скипетра, вписанного в мою кожу. Ашен не улыбается, когда обнажает меч. Адское пламя оживает на его клинке.

Я остаюсь рядом с мужем, но в последний раз обращаюсь к залу. Возможно, в последний. Эта мысль сжимает мое сердце. Я смотрю на демонов, наблюдающих за мной, ощущаю мысли душ, давящие на пелену моего сознания, и беспокоюсь за всех них. Не только за души или ползунов, но и за самих Жнецов. Потому что я поняла самую важную истину этого царства.

— Я не стану заставлять никого из вас сражаться в этой битве. Даже «Shub Lugal», — говорю я, и по залу пробегает ропот, к нему присоединяются тихие возражения Совета позади меня. — Я могу только просить вас об этом. Я чувствовала отголоски того, что чувствуете вы. Знаю, как вы страдаете, собирая жатву. И я пришла к убеждению, что душа демона — самая яркая душа из всех. Вы жертвуете частью себя, чтобы вершить правосудие. Это ранит вас. Оставляет шрамы. И все же вы продолжаете. Вы не просили такой жизни, но выдерживаете ее. Поэтому я не заставлю вас жертвовать еще чем-то, вы и так отдаете много. Но даже если сегодня эта война кажется не нашей, она станет нашей — рано или поздно. Царство Света не победит без помощи Царства Теней. Только вы можете спасти их сейчас. Потому что нет существ стойких, решительных и могущественнее вас.

Не дожидаясь ответа, я отворачиваюсь и киваю Хотару. Она соединяет ключи и поворачивает их, открывая портал в художественную студию Эсагила.

Я вынимаю катану за спиной и улыбаюсь мужу.

— В этот раз я буду очень громко шипеть. Очень-очень громко.

Ашен тихо смеется и проводит мечом по дуге, руны на его костяшках светятся, будто чувствуя приближение битвы.

— А я, возможно, немного порычу.

— С крыльями?

— Возможно.

— Я не против.

Наши улыбки гаснут. Я оглядываюсь через плечо — Эрикс смыкает ряды позади нас, кивая, готовый к тому, что ждет нас по ту сторону.

Я бросаю последний взгляд на море демонов позади и улыбаюсь.

Затем поворачиваюсь вперед и шагаю в портал — навстречу битве за Царство Света.

ГЛАВА 33

Мы проходим сквозь водянистую пленку, разделяющую миры, и оказываемся в слабо освещенной художественной студии, где пахнет красками, пастелью, холстами и глиной. Вдалеке за окном мерцают огни, заливая пространство теплым оранжевым светом, который диссонирует с криками и лязгом оружия, доносящимися с улиц города. Мы молча переглядываемся и направляемся к ближайшему окну.