Королева ромкома полностью

Я сделала еще один глубокий вдох и выдохнула. Как и на сцене, полностью погрузилась в настоящий момент. Не существовало ничего, кроме нас с Ридом, стоящих друг напротив друга в этом частично отреставрированном старом театре.

– Невероятный страх влюбиться, похерить свою карьеру и в итоге стать несчастной подтолкнул меня разорвать отношения, но я все равно в итоге стала несчастной. Мой план не сработал. Это было ошибкой.

Вот что он должен был услышать в Ванкувере после выступления. Я сделала еще один шаг вперед, остановившись в метре от него – с этого расстояния я видела мешки у него под глазами и чувствовала его знакомый запах.

– Ты – это лучшее, что когда-либо со мной случалось, поэтому я ужасно боялась быть с тобой и потерять контроль. Когда ты рядом, все становится радостнее. Все хорошее, что со мной происходит, становится лучше, когда я делюсь этим с тобой. Еда кажется вкуснее, когда ты рядом со мной в театре. Стендап – веселее, когда ты в зале. Ты мой самый любимый человек во всем мире, и жизнь без тебя – полный отстой. А моя карьера? – Я покачала головой. – Ты только помогал ей. Ты всегда был на моей стороне. Я совершила ужасную ошибку.

Я глубоко вздохнула и сжала руки в кулаки. Стоит ли открывать рот, если не собираешься говорить все до конца? По крайней мере, через много-много лет за секунды до смерти мне не придется ни о чем жалеть, потому что я сделала все, что могла, и сказала все без колебаний. Пусть он во мне не нуждается, но хотя бы я ничего не утаю.

– Я люблю тебя. Я не хочу быть без тебя. Возможно, ты передумал или для тебя это слишком, но я не могла больше молчать.

Вот так.

Он стоял, моргая и уперев руки в бока.

– Ты закончила?

Наверное, его появление здесь – просто жестокая шутка Вселенной. Наверное, это просто совпадение и он приехал сюда не из-за меня. И сегодня, лежа в темноте, я буду рыдать в подушку, но сейчас нужно держать лицо. После всего того, через что он прошел по моей милости, навесить на него чувство вины было бы нечестно.

Я покачала головой, подняв руку:

– Нет. – Я окинула взглядом помещение. – Ты не можешь здесь жить.

Мои слова звучали немного укоризненно.

Он скривил рот.

– В смысле?

– Ты не можешь разбить мне сердце, а потом открыть свою лавочку на улице, по которой я езжу домой с работы. Так делать нельзя. – Я повысила голос. – Это жестоко, как ты не понимаешь? Почему из всех городов мира ты выбрал именно этот? Ты не можешь здесь жить. Не знаю, какие у тебя планы, но… – Я передернула плечами, стремительно теряя самообладание. – Ты не можешь остаться здесь.

Он поднял брови. Клянусь, уголок его губ дрогнул.

– Ты запрещаешь мне жить во всем Лос-Анджелесе?

Я решительно кивнула.

– Да.

На секунду мне показалось, что Рид сейчас развернется и уйдет, но он этого не сделал. Он посмотрел на меня, и морщина у него на лбу разгладилась.

– Я купил это место в прошлом месяце. Раньше оно называлось «Критерион».

Я кивнула.

– А ты переименовал его в «Королеву».

Точно в насмешку.

Он снова кивнул, выжидательно глядя на меня. Я скрестила руки.

Рид разочарованно вздохнул.

– Это мой широкий жест, Джемма. Я хотел дождаться июня, когда ремонт закончится, и тогда показать тебе театр. Ты не представляешь, каких мучений мне стоило держаться от тебя подальше.

Я прикрыла лицо ладонями, точно стараясь удержать месяцами копившиеся желания и надежды на то, что все будет хорошо, которые рвались наружу. Пожалуйста, пусть все окажется наяву.

Рид погладил меня по волосам и заглянул мне в глаза.

– Я столько всего хотел тебе сказать. Прости. Я скучаю по тебе. Я люблю тебя. Я хочу быть с тобой. Я не могу дышать без тебя.

У него затрепетали ноздри.

Груз, который камнем давил мне на сердце – так долго, что я о нем забыла, – упал, и я снова могла свободно дышать. На глаза навернулись слезы. Он смотрел на меня – его губы растягивались в улыбке, а в моей груди разливалось тепло.

– Значит, я все еще нравлюсь тебе? – выдохнула я, смеясь и плача одновременно.

Уголок его рта пополз вверх – шагнув вперед, Рид взял меня за плечи, а я инстинктивно положила руки ему на грудь.

– Я без ума от тебя, Снежная Королева. Так было всегда. А теперь иди сюда, – пробормотал он, притягивая меня к себе.

Наши губы встретились. Он запустил руку мне в волосы, другой обнимая меня за плечи. Щетина щекотала мне лицо, из груди вырвался вздох. Боже, как я скучала по этому ощущению… Короткие волосы у него на затылке бархатом ласкали мои пальцы. Рид поцеловал меня и тоже застонал.

– Я так скучал по тебе, – пробормотал он между поцелуями.

– Я скучала по тебе каждый день.

Мы с трудом оторвались друг от друга, и я, легко и нежно касаясь его кожи, осыпала его шею поцелуями. Он пах невероятно.

– Как ни пытался, забыть тебя не получилось.

Он отстранился, но лишь настолько, чтобы посмотреть на меня с высоты своего роста. На его лице не было ни притворства, ни саркастического выражения.

– Я люблю тебя, – просто сказал он.

– Я тоже тебя люблю. Безумно люблю.

Он приподнял бровь. Глаза лукаво блеснули.

– А может, скажешь, что все еще ненавидишь меня?