Наверняка, тирский Регент опять в чём-то напортачил. Сначала ему не удалось помешать Элиссе тайком вывезти девчонку из замка (хотя даже сама Королева не смогла предугадать такое развитие событий: кто бы мог подумать, что в Элиссе есть хотя бы крупица хитрости?). Но спустя восемнадцать лет эту девчонку уже следовало найти. По настоянию Королевы Регент, наконец, нанял людей из Кейдена несколько месяцев назад, но она откуда-то знала, что уже было слишком поздно.
- Это всё, ваше Величество.
Бруссар, её Аукционист, убрал бумаги в сумку.
- Хорошо.
Он не двигался с места, зажав сумку в руках.
- Да?
- Что насчёт нового груза, Ваше Величество?
Даже её люди не позволяли ей забыть об этом.
- Бруссар, как только я что-нибудь узнаю, то ты тоже это узнаешь. Иди и готовься к своему аукциону. И в этот раз не забудь отсеять и избавиться от бездельников.
Аукционист покраснел и сжал челюсти, скрытые бородой. Он хорошо делал свою работу, обладая врождённой способностью превращать живой товар в деньги. Много лет назад, когда аукцион был ещё всем в диковинку, Королева садилась на низкий балкон десятого числа каждого месяца и с удовольствием наблюдала, как Бруссар выжимал последнюю возможную прибыль за каждый фунт человеческого тела. Что-то внутри неё радовалось при виде тирцев, продаваемых с молотка. Но однажды, около пяти лет назад, один из помощников Бруссара проявил небрежность при проведении дезинсекции, и вскоре Дворец и несколько дворянских поместий заполонили вши.
Королеве удалось замять дело, предложив каждой пострадавшей стороне по рабу бесплатно, при этом вычитая затраты из жалованья Аукциониста. Вши, конечно, доставили много проблем, но теперь она даже была рада этому инциденту. Стоило напоминать Бруссару об этом провале в те моменты, когда он забывал, что он был всего лишь торговцем живым товаром и что без Королевы этих аукционов вообще бы не было.
Он ушёл, держа сумку, как мать держит своё единственное дитя. Королева с удовлетворением отметила, что он напряжённо и обиженно сгорбил спину, но это не приглушило шёпот у неё в голове и тот тихий вопрос, изводивший её уже насколько дней: где груз? На доставку уходило четыре дня при хорошей погоде и пять при плохой. Он никогда не приходил позднее пятого числа. Сегодня же было 6 марта. В случае какой-нибудь проблемы Регент или Торн уже бы известили её. Королева прижала ладонь ко лбу, чувствуя надвигавшуюся боль в висках. Её организм был настолько хорош, что она даже почти никогда не болела. Единственным исключением были головные боли, возникавшие из ниоткуда, не имевшие объяснения с точки зрения медицины и столь же быстро проходившие.
«
Она подпрыгнула на месте, как будто кто-то ущипнул её сквозь платье. Торговля людьми играла ключевую роль в мортской экономике, а доставка нового товара была расписана по дням подобно морским приливам. Из Калле и Кадара тоже привозили рабов, но даже их объединённая дань не составляла и половины груза из Тирлинга. Дешёвые рабы трудились на её фабриках и заводах, обеспечивали потребности дворян и наполняли её казну. Любое нарушение процесса вело к убыткам.
Неожиданно Королева поняла, что ей не хватает Лирианы. Как и все её слуги, предсказательница состарилась, хотя сама она оставалась молодой, и несколько лет назад отошла в мир иной. Лириана обладала истинным зрением и могла видеть не только будущее, но и настоящее с прошлым. Уж она бы увидела, что произошло в Тире. Как Королева ни убеждала себя, она не могла избавиться от навязчивых подозрений, что возможная проблема была связана именно с девчонкой. Если её не убили в пути, то сейчас она уже должна была достигнуть Крепости. Смог ли Торн позаботиться обо всём? На Регента ни в чём нельзя было положиться, в отличие от Торна. Если он не преуспел, то что следует делать дальше? Нарушить договор и развязать войну? Королеве изначально не хотелось вторгаться в Тирлинг. Для захвата и владения чужой территорией требовались деньги, оснащение, вооружение. Всё это доставило бы немало трудностей. Взимать дань было проще, это считалось идеальным решением.
И всё же она понимала, что мобилизовать армию было не такой уж плохой идеей. Её солдатам не приходилось воевать со времён последнего вторжения в Тир. Мортским границам ничто не угрожало. После подавления заговора Изгнанных не происходило никаких сражений. Даже в своём худшем состоянии её армия была явно не по зубам тирской, но не стоило исключать вероятность того, что мортские воины могли совсем расслабиться за это мирное время. Возможно, сейчас следовало бы проверить их готовность к настоящим битвам. Но при этой мысли головная боль, казалось, стала вдвойне сильнее, непрерывно накатывая волнами на стенки её черепа.
