– Твои решения обычно меня устраивают, Лазарь.
– Я отправил караван обратно. Пара детей остались сиротами, но женщина из их деревни обещала присмотреть за ними.
Келси схватила его за руку.
– Он жив?
Пэн озадаченно нахмурил брови, но Булава посмотрел на нее с раздражением: он-то точно знал, о ком она говорит. Она приготовилась к упрекам, но Булава был хорошим человеком. Он сделал глубокий вдох и, медленно выдохнув, сказал:
– Он в порядке, госпожа. Они все уехали вчера вскоре после рассвета.
Сердце Келси упало, но Булаве об этом знать не полагалось. Она потянулась, и ее спина издала несколько приятных щелчков. Поднявшись на ноги, она заметила, как двое стражников обменялись мрачными взглядами.
– Что такое?
– Снаружи вас ждут кое-какие дела, Ваше Величество.
– Хорошо. Идемте.
И все же погода способна преобразить что угодно. Они разбили лагерь на месте лагеря Торна, прямо на дне долины, в низовье Аргоса. Весь перевал был залит солнечным светом, и Келси увидела, что ущелье, выглядевшее ночью столь неприветливым, на самом деле обладает той невероятной суровой красотой, какую подчас таят в себе пустынные земли и голые камни. Склоны перевала мерцали над головой Келси, будто мраморные.
Стражники сидели вокруг остатков торновского костра, но при ее приближении поднялись и, к удивлению девушки, как один поклонились, даже Дайер. Ее черная военная форма была сплошь заляпана грязью, а прическа наверняка выглядела просто ужасно, но, кажется, им не было до этого дела. Воины стояли с выжидательным видом, и спустя мгновение она поняла, что они ждали приказов не от Булавы. Они ждали приказов от нее.
– Где клетки? Где караван?
– Я отправил его обратно тем же манером. Узники бы не дошли домой пешком, а лишних лошадей мало, так что мы отломали верх у клеток и переделали их в повозки, чтобы людям было удобно ехать. Многие мулы выжили, поэтому сейчас они уже должны быть в Альмонте, недалеко от дома.
Келси кивнула, одобрив это решение. Дно перевала все еще было усеяно сорванными крышами и прутьями. В дальнем конце ущелья в воздух поднималась струя дыма.
– Что там горит?
– Том, – ответил Булава сдавленным голосом. – Родни у него нет, и он бы хотел, чтобы все прошло именно так, без всяких церемоний.
Она оглядела отряд и заметила, что не хватает еще одного человека.
– А где Фелл?
– Я отправил его обратно в Новый Лондон, госпожа, с несколькими женщинами, которые, судя по их виду, были не прочь пройтись по лавкам в большом городе.
– Они едва не погибли, а ты отправил их распространять пропаганду. Не слишком обходительно, Лазарь.
– Уж как есть, госпожа. Расскажи мы об этом, так никто не поверит. К тому же Феллу сейчас лучше побыть в помещении: он застудил легкие из-за этой сырости.
– Еще кто-нибудь пострадал?
– Только гордость Элстона, – встрял Кибб.
Элстон бросил на друга взгляд, полный ярости, после чего опустил глаза.
– Простите меня, Ваше Величество. Я не смог поймать Арлена Торна. Он сбежал.
– Ты прощен, Элстон. Торн – скользкий подонок.
Откуда-то снизу раздался горький смех. Наклонившись, сквозь частокол ног Келси увидела мужчину со связанными руками, сидевшего у костра.
– Кто это?
– Эй ты, встань! – рявкнул Дайер, пнув пленника. Тот устало поднялся с таким видом, словно нес на плечах тонну гранита. Келси повела бровью: у нее в памяти что-то шевельнулось. Этот человек был еще не стар – лет тридцать – тридцать пять, но волосы его почти полностью поседели. Он посмотрел на нее с полнейшей апатией.
– Это Жавель, госпожа. Страж Ворот, единственный выживший, кто не сбежал. Он даже и не пытался скрыться.
– И что я должна с ним делать?
– Он предатель, госпожа, – сказал Дайер. – Он уже сознался в том, что открыл Крепостные Ворота молодому Грэму.
– Как вы вытрясли из него это признание?
–
Келси снова повернулась к пленнику. Несмотря на яркое солнце, у нее по спине пробежал неприятный холодок. У мужчины был такой же вид, как и у Кэрролла тогда на поляне: будто он потерял всяческую надежду и что-то внутри него уже умерло.
– Как страж Ворот мог спутаться с Торном?
Булава пожал плечами.
– Его жену отправили в Мортмин шесть лет назад. Полагаю, Торн пообещал вернуть ее.
Что-то все настойчивее стучалось в память Келси, и она подошла ближе к пленнику, знаком приказав Корину и Дайеру отступить. Пленник явно не представлял ни для кого угрозы. Скорее было похоже, что он хотел лишь замертво упасть на месте.
– Он предатель, госпожа, – повторил Дайер. – А предателям уготована лишь одна участь.
Она кивнула, понимая, что он прав. Но внезапно из тумана той ночи, с которой, казалось, минуло несколько столетий, всплыла ясная картина: этот человек яростно наносил удары топором по прутьям клетки. Она задумалась еще на мгновение, после чего повернулась к Дайеру.
– Отвезите его в Цитадель и посадите в темницу.
– Но ведь он предатель, Ваше Величество! Накажите его в назидание другим, чтобы они дважды подумали, прежде чем связываться с Торном!
