– Что случилось?– заспанный голос Андрея раздался за спиной.
– Вопрос жизни и смерти.– Она говорила, не оглядываясь, бегом спускаясь по крутым ступенькам.
Вот уж кому не надо ничего объяснять. Короткий вопрос:
– Чьей?
– Всех!
– Что делать?
– Не дать Харсису перейти на ту сторону!
Они подоспели вовремя.
Огромная воронка отделилась от стены, направляясь к колдуну, брошенному за светящиеся прутья магической клетки. Крутящаяся волчком тьма стремительно надвигалась, наполнив воздух электрическим ветром.
Волосы Анны волной устремились вверх.
Решётки мигали и гасли одна за другой.
– Сделай что-нибудь!– прокричала Она матери.
«Читай за мной!»
Королева повторяла заклятия, но они не помогали.
Харсис протянул руки, оказавшись наполовину затянутым в кромешный мрак.
– Стой сука!– Матис вцепился в ноги повисшего в воздухе мага, с трудом удерживая собравшегося сбежать предателя.
– Не уйдёшь урод!– На помощь пришёл Андрей.
Двое сильных мужчин с трудом удерживали худое тело. Штанина в руках Матиса издала треск и осталась в руках.
Блондин успел перехватить голую ногу мага, но не устоял и ушёл вместе с ним в воронку, в последний момент схваченный королём за короткие сапоги.
Бамвель присоединился к матери, читая заклятия на древнем языке драконов.
Внезапно Анна услышала те же слова за спиной, но оборачиваться не стала, зная, кого там увидит.
Она подскочила к брату, ухватившись за обувь. Младенец свесился с рук, вцепившись в её кулак.
Марина сделала это же.
Андрей постепенно выходил из воронки, вытаскивая за собой мага. Резкий рывок и оба оказались на склизком полу.
Марина, Бамвель и Анна втроём протянули руки к воронке выкрикивая в неё древние слова. Та постепенно сужалась, дёргаясь и шипя, словно была живой. Раз, за разом пытаясь расшириться, пока не превратилась в тёмное пятно на стене.
Марина приложила к грязной поверхности кольцо с куском артефакта, кивнув дочери.
Та сделала это же, добавив ещё и сорванный с шеи кулон.
Бамвель направил ладошкой в пятно переливающуюся жемчужным блеском субстанцию.
Ещё пять минут, показавшихся вечностью, и на стене ничего не осталось. Дружный вздох облегчения и лишь тогда они обернулись к Андрею.
Тот успел подняться на ноги, пошатываясь, словно пьяный.
Крик ужаса вырвался из глоток женщин.
Перед ними стоял совершенно седой, ослепший старик, с морщинистой, словно печёное яблоко кожей…
В этот раз Марина не исчезла. Она с болью смотрела на сына, пообещав:
– Всё будет хорошо, дорогой!– Она обхватила ладонями склонённую голову поседевшего блондина.– Прости мальчик мой, чуть не успела. Но знаю точно, что всё будет хорошо!
Душа матери кричала от боли, но голос был ровным.
Анна плакала, прислонившись щекой к сгорбленной спине младшего брата.
