Навек исчезнет меч Экскалибур.
Так вот, Артур помчался к замку в страхе,
Что Мерлина великое творенье
Подобно сну пропасть внезапно может,
Охваченное пламенем могучим,
Которое не знает сожаленья.
И в замок въехал он, и я увидел,
Взглянув наверх, дракона золотого,
Сиявшего для всех, кто в замке был.
А вслед за Королем вступили в замок
Те, кто сжигал разбойничий вертеп.
Чела их были темными от дыма
И обожженными, а их оружье
Порубленным. Среди их ярких лиц
И наши, озаренные виденьем,
И там и тут виднелись. И тогда,
Увидев, что весь замок пребывает
В волнении – одни давали клятвы,
Другие возражали им – Король
Спросил меня, ибо к нему стоял я
Всех ближе: «Персиваль, что здесь случилось?»
Когда я, брат, поведал о виденье
Моей сестры и прочем, лик его
Стал мрачным, как случалось с ним, когда
Прекрасный чей-то подвиг был напрасным.
И он воскликнул: «Рыцари мои!
Будь с вами я, вы не дали бы клятву!
О горе мне!» Но храбро я ответил:
«Будь с нами вы, Король мой, вы бы тоже
Такую клятву дали». – «Да, – сказал он. —
А ты, храбрец, не видел ли Грааля?»
«Нет, государь, святыню я не видел,
Я только слышал гром и видел свет.
Вот почему я клятву дал, что буду
Искать ее, покуда не увижу».
Стал рыцарей выспрашивать Король,
Узрел ли кто из них Святой Грааль.
А рыцари в ответ: «Нет, государь,
Поэтому-то мы и поклялись».
«Послушайте, – сказал Король Артур, —
Здесь облако вы видели, а там,
В пустыне, что хотите вы увидеть?[175]»
Тут замолчали все. И вдруг в тиши
Раздался резкий голос Галахада:
«Я видел, государь, Святой Грааль —
Да, видел я Грааль и слышал крик:
«О Галахад! О Галахад, за мной!»
«Ах, Галахад, – сказал Король, – виденье
Лишь для таких как ты, а не для них[176].
Лишь ты да та монахиня, которой,
Мой Персиваль, не отыскать святей,
Узрели это знаменье – предвестник
Того, что распадется Орден мой.
А что до вас, то вам всю жизнь идти
За колокольцем вожака». – Да, брат,
Король был к рыцарям своим суров. —
«Талиессин[177] – великий наш поэт
Едва запел, немые тотчас тоже…
Мой Ланселот на то и Ланселот,
Что пятерых осиливает разом.
А каждый юный рыцарь мнит себя,
Ни разу не сразившись, Ланселотом:
Пока не бит, ничто его не учит!
А вы – кто вы такие? Галахады?
Нет! И не Персивали!» – так вослед
За Галахадом соблаговолил
Назвать меня Король. – «Но все ж вы люди,
Имеющие силу и желанье
Восстановить добро и справедливость,
Способные обуздывать свои
Внезапные порывы исступленья.
Вы – рыцари, которые сумели
В двенадцати великолепных битвах
Залить его же варварскою кровью
Неистового Белого Коня[178].
Но увидал один, и все слепцы
Желают тотчас видеть… Что ж, идите!
Коль дали клятву, то она священна!
Однако знайте – ибо всем известно,
Что каждый крик, о помощи молящий,
Здесь, в этом зале, слышен, – если вас,
О рыцари мои, при мне не будет,
То не удастся больше совершить
Вам дерзновенных подвигов, гоняясь
За огоньком блуждающим по топям.
И многие, нет, большинство из вас
Сюда уже вовек не возвратятся,
Хоть кажется, наверно, слишком мрачным
Пророчество мое… Теперь ступайте!
И пусть мы встретим завтрашнее утро
Еще раз на турнирном нашем поле
Любимым развлеченьем, чтоб Король ваш
В последний раз пред тем, как с ним проститесь,
На поиски Грааля отправляясь,
Всех рыцарей своих несокрушимых
Увидел и порадоваться смог
Вновь Ордену, который создал он».
И вот, когда взошло наутро солнце,
Все рыцари Артурова Стола
Сошлись друг с другом на турнирном поле
И так сражались страстно, и так много
Переломили копий, как еще
Ни разу не случалось в Камелоте
С тех пор, как государем стал Артур.
А я и Галахад повергли столько
Могучих рыцарей, ибо виденье
Нам сил прибавило, что в возбужденье
Народ едва не разломал барьеры,
Крича: «Сэр Галахад! Сэр Персиваль!»
Когда вступил на землю новый день, —
О брат, видал бы ты наш Камелот,
Который возводился век за веком
Былыми королями и столь древний,
Что сам Король боялся, что он рухнет, —
Чудесный наш, богатый, мрачный город! —
То даже там, где крыши в небесах
Сходились, даже там теснились люди,
За нашей наблюдая кавалькадой.
А ниже – с галерей, где были дамы, —
С тех длинных галерей, поддержкой коим
Служили шеи мощные драконов,
Вцепившихся в растресканные стены,
Потоком бесконечным падал наземь
Дождь из цветов, когда мы проезжали.
На всех углах мужчины и мальчишки,
Сидящие верхом на лебедях,
Грифонах, львах и на крылатых змеях,
Всех называли нас по именам,
Крича: «Бог в помощь!», а внизу, вдоль улиц
Стояли, плача, рыцари и дамы,
И плакали богатый и бедняк,
И сам Король едва от огорченья
Мог слово вымолвить, а королева,
Скакавшая бок о бок с Ланселотом,
Все время причитала и кричала:
«На нас нашло безумье за грехи!»
Подъехав ко Вратам Трех Королев —
Мистическому символу сражений
Артуровых, расстались мы, и каждый
Своей дорогой дальше поскакал.
И духом воспарив, стал вспоминать я
О прежней моей удали в турнирах,
О том, как грозное мое копье
Повергло многих рыцарей известных.
И никогда еще мне не казался
Столь синим свод небесный, а земля
Такой зеленой, ибо кровь во мне
Бурлила, и я знал, я точно знал,
Что мне откроется Святой Грааль.
Но мрачное пророчество Артура,
Что будет гнаться большинство из нас
По топям за блуждающим огнем,
