– Бабушка, я хочу тебя кое о чем спросить. Это очень важно, так что, пожалуйста, постарайся сосредоточиться. Я выхожу за короля, и во время свадьбы необходимо соблюсти обычаи нашей страны. Не подскажешь, где найти информацию? Я ничего не знаю о правлении моей династии до войны.
Маргарита повесила голову.
– Бабушка, пожалуйста, попытайся вспомнить.
– Нет никаких обычаев.
– Но должны быть. Или ты забыла?
– Нет, дорогая, не забыла. Мы с Джоанной просто не хотели ничего говорить по этому поводу.
– О чем, бабушка?
Маргарита застыла.
– Не говори никому. Никому. Никому, – повторяла она.
– Даже мне, бабушка? О чем нужно молчать?
Маргарита смотрела прямо перед собой. Словно Порции здесь не было. Словно она вернулась в прошлое и вспоминала.
– Не говори Порции. Она не должна узнать правду.
– Что?
Порция пыталась осознать сказанное, но не могла.
– Какую правду я не должна знать?
Она схватила бабушку за руку, осторожно сжала.
– Бабушка, пожалуйста. Ты должна сказать мне.
Маргарита уставилась на нее.
– Ты не принцесса, – грустно прошептала Маргарита. – Наша семья никогда не правила в Сэмфорстенде. Твоя мать не была королевой, как и моя сестра Джоанна. Все это ложь.
Боже, у бабушки опять провал памяти.
– Но моя бабушка была королевой. Она растила меня. Я бы знала, если бы она не правила Сэмфорстендом.
Молчание.
– Бабушка Маргарита, пожалуйста!
– Ты права, дорогая. Ты знала бы. Не важно.
Быстрое согласие бабушки еще больше сбило с толку. Она начала вспоминать, что никогда не видела официальных документов, относящихся к правлению Линдстромов. Конечно, у них не было реальной власти, и она почти ничего не знала о своей родине. Об этом не говорили. Похоже, монархи обосновались в Соединенных Штатах как раз после Второй мировой войны.
– О боже, – пробормотала она, начиная дрожать. Слезы жгли глаза. – Ты сказала правду? Я не принцесса.
Взгляд бабушки, затуманенный печалью, смягчился.
– Мне так жаль, Порция, дорогая.
– Но как я могу этому поверить? Как это может быть правдой?
Может ли она доверять словам престарелой, страдающей маразмом женщины, которая то и дело теряет память?
– Существует дневник, – призналась Маргарита. – Джоанна вела тайный дневник.
– Где он?
Теперь она узнает правду.
– Где дневник?
Бабушка показала на книжную полку у дальней стены:
– За Агатой Кристи.
Порция подошла к полке и трясущимися руками перебрала несколько детективов. Нашла потертую книгу в мягком синем переплете и прижала к груди. С сильно заколотившимся сердцем села рядом с бабушкой и стала читать слова, превратившие в ложь всю ее жизнь.
Порция тихо лежала на диване с мокрым полотенцем на лбу. Она выплакала целую реку слез и была измотана окончательно. Принцессы Порции Линдстром из Сэмфорстенда больше не существует. И никогда не существовало. Она обманщица, лгунья, самозванка. Как ее семья могла сделать с ней такое? Как могла изобрести ложь, которая повлияет на всю ее жизнь?
Жестоко.
Несправедливо.
Будь прокляты обстоятельства, приведшие к такому решению! Все это – откровенное наглое предательство. Как они посмели сбить ее с толку и заставить поверить в волшебную сказку? Она не Снежная королева. Черт, как только правда выйдет наружу, ее назовут черной ведьмой!
Она уже была героиней одного скандала, и прошли годы, прежде чем все это пережила. Но такое? Это уж слишком! Пресса сожрет ее заживо, заклеймит злодейкой, лживой стервой, которая поставила целью заполучить богатого короля.
Одно унижение уничтожит все хорошее, что сделал для страны Хуан-Карлос.
Она подавила очередной всхлип. Больше не осталось слез.
Ощущая пустоту внутри, Порция закрыла распухшие глаза, не в силах избавиться от мучительных мыслей. Всю ее семью насквозь пропитала ложь. Но что будет с ее карьерой? И всего важнее, что делать с Хуаном-Карлосом? Он король и обязан жениться на женщине королевской крови. Это его судьба. Этого ожидают граждане Алмы. Хуан-Карлос – самый обязательный человек из всех, кого она знает. Это уничтожит их отношения.
Она сняла полотенце с головы.
– Тебе лучше? Хочешь встать? – спросила Джасмин.
– Нет! Я вообще не хочу вставать.
Джас села на пол у дивана.
– Эй, это непохоже на Порцию, которую я знаю. Ты рыдаешь уже два часа.
– Я не Порция, которую ты знаешь. Сама не знаю, кто я. И у меня полное право утопать в слезах.
– Да, все это паршиво. Но ты есть ты, независимо от наличия титула.
– Просто это чертовски унизительно! Я чувствую себя полной дурой. Чувствую, что все – ложь. Мое детство, воспитание, друзья.
– Эй, осторожнее!
– Я не тебя имела в виду.
Джасмин сжала ее руку.
– Знаю.
– Все двери были открыты для меня. Благодаря титулу. Теперь эти люди подумают обо мне самое худшее. Посчитают, будто я намеренно обманула их, чтобы продвинуть карьеру.
– По правде говоря, это они тебя использовали. Все хотели показаться в обществе принцессы. Так что справедливый обмен. Тебе нечего стыдиться.
– Я стыжусь всего.
– И злишься.
– Конечно! Я просто обозлена на семью.
