- Вы не выбираете испытания, которые ставит перед вами судьба, - медленно произнесла черноволосая девушка, глядя приставу в глаза. - Но только от вас зависит, сможете ли вы их преодолеть. Вы тысячу раз могли потерпеть неудачу и погибнуть, но вы до сих пор живы - потому что справились, преодолели, выкрутились. Потому что старались. И тут уже дело не в обстоятельствах, а в вас. В ваших силе, ловкости, сообразительности, смелости. В умении выбирать друзей. И в умении пользоваться обстоятельствами к своей выгоде в том числе. Вас может нести течением по реке, но только от вас зависит - разобьёт вашу лодку о пороги, или вы всё преодолеете и выйдете на спокойную воду. Так что не говорите чепухи. От вас зависит многое, Армандо. Даже если судьба привела вас и ваших нынешних товарищей к противостоянию с чужаками - победите их именно вы, а не судьба. Если победите. Впрочем, я в вас верю.
- Спасибо, Летиция. - Де Горацо сглотнул вставший поперёк горла комок. Приставу показалось, что он сейчас снова расплачется - как недавно, над телом королевы. - Вы, конечно, правы.
Комната подёрнулась белесой дымкой - казалось, туман за окном просочился с улицы внутрь. Октавия тоже заметила это. Отпустив ладони Армандо, девушка встала, взяла с кровати перчатки. Сказала:
- Ну вот и всё, мне пора. Теперь мы увидимся нескоро. Я надеюсь, что очень и очень нескоро.
- А... куда вы сейчас? - вопрос прозвучал до невозможности глупо, но королева поняла его верно.
- В Пекло меня не пустили, а для Садов Творца я слишком беспокойная личность. - Натянув перчатки, Октавия подмигнула де Горацо. - Я слышу, как плещут на ветру сотни знамён.
- Значит, Последнее Воинство?
- Да. Встретимся там, Армандо. Не вздумайте попадать в Пекло, я буду ждать вас. Проживите жизнь... как следует.
- Летиция. - Молодой пристав поднялся, захваченный неожиданной мыслью.
- Да? - комната вокруг окончательно растаяла в белом тумане, но Армандо всё ещё отчётливо видел перед собой стройную девушку в чёрном охотничьем костюме и высоких кожаных сапогах.
- Увидите там моего отца... передайте ему... а, впрочем...
- Он и так знает, Армандо. - Юная королева широко улыбнулась - и впервые в её улыбке не было ни печали, ни усталости. - Но я передам, обещаю.
Проснувшись, де Горацо сел рывком, откинув тонкое одеяло и уткнувшись лбом в грубую ткань палатки. Посмотрел на свои ладони. Он всё ещё ощущал тепло рук Октавии...
Четверо суток миновало со дня битвы в долине Чёрных ручьёв. Всё это время имперский отряд, к которому присоединились Армандо и Минерва, двигался безумными зигзагами, держась в стороне от дорог и поселений, но не удаляясь особо от злосчастного поля боя. Первые ночи беглецы провели без огня, прячась то в глубоком овраге, то в лесной чащобе. Лишь на последней стоянке капитан Вэлрия дозволила разбить полноценный лагерь. Выбравшись из палатки рано утром, Армандо увидел, что костёр в глубокой яме уже горит, практически не давая дыма, а бородатый мэтр Карлон прилаживает на него котелок с водой.
- Утро доброе, благородный дон, - буркнул маг, заметив пристава краем глаза.
- Доброе, - растерянно пробормотал де Горацо, не до конца ещё опомнившийся после странного сновидения. Молодой чиновник уселся на тряпицу, расстеленную возле костра, с силой помассировал виски. Набрал в грудь воздуха - и единым духом выложил имперцу всё, что произошло с ним этой ночью. Чернобородый маг сперва недоверчиво кривил губы, но в конце концов заинтересовался. Дослушав сбивчивые откровения, хмыкнул:
- Звучит очень интересно, но моих познаний маловато, чтобы в этом разобраться. Я ведь практик, не архимаг из Университета, и не церковник. Впрочем, я знаю, кто нам поможет, дон.
Четверть часа спустя вернулась леди Мария, ухаживавшая за лошадьми, и пристав повторил свою историю уже ей. Белокожая девушка выслушала Армандо с куда меньшим скепсисом. Она даже попросила повторить начало беседы. В конце концов, обдумав рассказ, улыбнулась своей блеклой, невыразительной улыбкой:
- А вы очутились в хорошей компании, дон Армандо. В исторических книгах и научных трудах упоминается полтора десятка случаев, похожих на ваш. Из них четыре подтверждены достоверно и не вызывают сомнений. Во всех случаях покойные монархи являлись во сне своим близким родичам. Как правило - наследникам. То есть императорам, королям, принцам, герцогам.
- Я абсолютно уверен, что моя семья никогда и никаким образом не роднилась с королевской фамилией, - хмуро объявил Армандо, заглядывая в котелок, где уже булькала довольно-таки жидкая каша. Запасы провианта у отряда подходили к концу.
- Никогда нельзя быть уверенным в таких вещах, - с тихим смешком возразил имперский маг, деревянной ложкой отодвигая пристава от котелка. - Но думаю, дело действительно не в крови, а в клятве. Ближайший живой родич Октавии - герцог Огюст. Я не сомневаюсь, что королева с огромным удовольствием явилась бы ему во сне, но отнюдь не для того, чтобы мирно побеседовать.
