– Вы же совсем промокли! – кричала мама, но голос ее был веселым. Поль был весь в снегу. Даже в носках был снег. Наконец, он сбросил с себя Марго, схватил ее за руки, крутанул вокруг себя и уложил в снег. Хохоча, она продолжала бросать в него комья снега. Тогда он схватил ее за ногу и за руку, поволок по снегу. Накануне, когда она была в белом бальном платье с обнаженными тонкими руками и тонкой талией, он протанцевал с ней тур танго, осторожно держа руку на ее спине, боясь опустить пальцы ниже ее лопатки. А теперь никакой талии не было. В мешковатом свитере и лыжных брюках она походила на подростка, и можно было таскать ее за ноги и за руки по холодному снегу. И это приводило его в восторг. И ей, повидимому, это нравилось. Когда они шли обратно к своей машине, дедушка сказал:
– Как хорошо, что у меня только одна нога. А то замерзли бы сразу две.
– Надо скорей домой, – сказала бабушка. Когда они выходили из машины, дедушка взял костыль. Болела нога, натертая протезом. Поль тотчас присел перед ним и внес дедушку на спине в дом, донес до дивана в гостиной. Вытянув ноги, дедушка облегченно вздохнул и сказал:
– А хорошо иметь такого большого сильного внука. А то в семье одни бабы. – Перед обедом бабушка с дедушкой сделали по глотку коньяка. Полю тоже предложили коньяк, поскольку после непривычных для него зимних игр он мог простудиться. Но Поль предпочел ликер. К концу обеда бабушка сказала:
– Вот и еще одно рождество прошло. Загадаем, что-ли, какое-нибудь желание до следующего рождества?
– Желания загадывают под новый год, – заметил дедушка. Мама сказала:
– Новый год – всего лишь астрономическая условность.
– А у кого сейчас какое желание? – спросила Марго, обводя всех взглядом. Бабушка сказала с улыбкой:
– После возвращения Поля даже трудно что-либо пожелать. – Дедушка согласился:
– Да. С возвращением Поля в нашей семье наступила новая эра. Но это значит, появились и новые желания.
– Хорошо, – подхватила Марго. – Пусть каждый выскажет свое главное желание. Мама, ты первая. – Мама, не поднимая глаз, сказала:
– Теперь у меня всегда одно желание. Увидеть моего внука.
По дороге в Париж машину вела Марго. Поль, сидя рядом с мамой на заднем сиденьи, задремал, прислонившись к маме. На подъезде к Монружу Марго остановила машину, сказала:
– Мама, я засыпаю. – Они поменялись местами. Теперь задремала Марго, прислонив голову к плечу Поля, и он сидел прямо, стараясь не пошевелиться.
Утром за завтраком они распределяли свой день. У Поля это был его первый учебный день. В два часа к нему должен был прийти преподаватель английского, а еще через два часа преподаватель математики. Марго с мамой собирались пройтись по магазинам, сделать покупки. Мама спросила Поля:
– Ты не хочешь пойти с нами?
– Нет, я хочу пробежаться. – Мама промолчала, очевидно помня строгое замечание Марго за рождественским столом.
В своей комнате Поль надел фланелевую рубашку, толстый свитер, спортивные брюки, американские кеды, разложил по карманам рубашки и брюк деньги, запоминая в какие карманы и какими купюрами. Он точно знал, куда и зачем направляется. Выйдя из дома, он побежал по краю тротуара. Быстрым легким бегом он без остановки добежал до Отель де Виля, остановил свободное такси, сказал шоферу:
– Площадь Пигаль. – Выйдя из такси, он огляделся. Место было незнакомым. С одной стороны площадь круто опускалась вниз, переходя в узкие улочки. Напротив, со стороны широкого бульвара, пересекавшего площадь, двухэтажное здание в стиле модерн с остекленными стенами и яркими афишами. Было ясно, что это варьете со стриптизом, оркестром, дорогими проститутками и отдельными кабинетами. На крутом спуске трехэтажное здание с витриной и входом, украшенным красным сердцем, обрамленным лампочками. На углу между сходящимися узкими улицами двухэтажное здание с узкими окнами и наполовину остекленной дверью с подвешенной красной лампой. Туда и направился Поль быстрыми широкими шагами.
Когда на такси он вернулся домой, мамы и Марго еще не было. Он отсутствовал немногим более часа. Приняв душ, он надел чистое белье и официальный парижский костюм. В таком виде он был готов принять преподавателя английского на первый домашний урок. Когда в столовой он пил чай с бисквитами, вернулись мама и Марго со множеством покупок.
– И где это вы так долго шатались? – с насмешливой улыбкой спросил Поль.
Преподавателя английского звали мистер Фарелл Коннор. Это был рыжеватый мужчина ирландского происхождения, не более чем на десять лет старше Поля. Во время войны он был в отряде Сопротивления, и 25 августа 1944 года в звании лейтенанта в составе французских войск под управлением генерала Леклерка вошел в оккупированный немцами Париж. Об этом он сообщил в первую очередь сразу после официального знакомства. Полю это сразу не понравилось. Он хорошо помнил слова капитана: «пока вы отдыхали на острове», и тут же не без заносчивости сказал:
