Когда они подходили к гостинице, Поль опять увидел двухэтажный троллейбус, но теперь он не произвел на Поля должного впечатления. А в гостинице в том же ресторане им подан был роскошный обед, изысканно сервированный. Вечером в сопровождении товарища Сержа вся делегация, по запланированному Кремлем расписанию, отправилась в Большой театр на балетный спектакль. Балет назывался «Ромео и Джульетта». Это было по Уильяму Шекспиру. Поль приблизительно знал сюжет. Фамилию композитора было трудно запомнить. Большой театр Полю понравился. Правда, здесь не было такого роскошного вестибюля, как в Гранд Опера, зато зрительный зал был куда нарядней, чем в парижской опере. Публика выглядела нарядной. На многих женщинах были даже драгоценные украшения. Но это была некая провинциальная нарядность. Большинство мужских костюмов и дамских платьев были старомодные и старые. Обувь почти у всех была изношенной. На некоторых женщинах были валенки. Это, как Полю объяснили, грубые сапоги из валяной шерсти, предохраняющие от сильных морозов. Балет Полю сразу понравился. Роль Джульеты исполняла, как пояснил в антракте Серж, лучшая балерина мира по фамилии Галина Уланова. Изо всех русских фамилий это была единственная, которая легко запоминалась. Все балерины были настолько изящны и грациозны, что даже не вызывали эротических эмоций, как античные фрески. Женщины, которые на морозе укладывали и грузили трамвайные рельсы, тоже не вызывали эротических эмоций. Было странно, как это может совмещаться в одном городе, совсем рядом. Ведь если бежать бегом, от ремонтируемых трамвайных путей до Большого театра можно добежать за три минуты.
С утра делегацию опять повезли на трех машинах в Кремль. Здесь они опять сидели в той же комнате, за тем же овальным столом, только со стороны советских коммунистов было всего пять человек. Сталина среди них не было. У всех были кожаные папки с бумагами. Кроме Поля. На полированной поверхности стола перед ним лежал только кремлевский фирменный блокнот и авторучка. Началось обсуждение итогов вчерашнего заседания и составление соглашения коммунистических партий двух стран. Сперва Поль записывал в блокнот пункты соглашения, а потом ему стало скучно, и он стал записывать в хронологическом порядке сцены балета «Ромео и Джульетта», который они видели вчера. Первая сцена. Городская площадь. Появление Ромео, Меркуцио и Бенволио. Драка на шпагах. Потом большая драка. Некоторые дерутся мечами. Появление герцога Вероны. Вторая сцена. В дом Капулетти собираются гости в очень красивых нарядах. Поль вспомнил женщин с посиневшими от холода лицами, забивавших анкеры тяжелыми молотками. В ушах звучал стук молотков и грохот погружаемых на грузовик рельс. А вот из музыки балета Поль не запомнил ни одной музыкальной фразы. Только равномерные удары барабана, когда Ромео убивает Тибальда. Поль и не заметил, как сзади к нему подошел товарищ Серж. Он наклонился к Полю, и тот быстро перелистнул блокнот, чтобы Серж не увидел балетных записей.
– Товарищ Дожер, – очень тихо сказал Серж. – Я должен оторвать вас от заседания. Пройдемте, пожалуйста, со мной.
Поль поднялся, пошел за Сержем. Они вышли в галерею с красивыми сводами, свернули в боковой коридор. Серж остановился. Очень тихим голосом, хотя здесь никого не было, он сказал:
– Товарищ Дожер, с вами лично хочет поговорить товарищ Сталин.
Они вошли в большую комнату, где в кресле сидел широкоплечий плотный мужчина в официальном костюме. При их появлении мужчина поднялся, что-то по русски сказал Сержу, и тот обратился к Полю:
– Подождите немного. Вас пригласят.
И Серж вышел. Поль остался с широкоплечим плотным мужчиной. Оба они теперь стояли посреди комнаты и молчали. Мужчина улыбнулся Полю. Тот не смог ответить на улыбку. Вспомнились рассказы о том, как иногда исчезали люди, попавшие в Советский Союз. А что, если сейчас войдут несколько военных и так же молча отведут Поля в закрытую машину и куда-нибудь повезут? Например, в концлагерь. Поль решил, что добровольно никуда не пойдет, а будет драться. Из внутренней двери вышел еще один мужчина, улыбнулся Полю, сказал на плохом французском:
– Пожалуйста, сюда, – и пошире распахнул дверь, жестом приглашая войти.
Поль вошел в маленькую, но очень красивую комнату с креслами и маленьким полированным столом. Одновременно из противоположной двери вышел Сталин, а за ним низкий седой старый мужчина. Двери закрылись. В комнате остались Поль, Сталин и седой мужчина, который оказался хорошим переводчиком, как и тот, который переводил на заседании. Сталин был в том же полувоенном френче, что и вчера. Вероятно, он всегда носил его.
– Мне очень приятно было лично с вами познакомиться, товарищ Дожер, – сказал Сталин, протягивая руку.
Он говорил медленно, с небольшими паузами между словами, переводчик говорил синхронно, так что их голоса почти сливались. Пожимая руку Сталина, Поль улыбнулся, сказал:
