Рока глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Ему и так было нелегко из-за воспоминаний, да и Букаяг подкидывал пищу для волнений. У него не было возможности разбираться ещё и с Кейлом. Но он кивнул, и его помощник неловко стоял рядом.
Вскоре Лани приблизилась к носу меньшего разведывательного судна и, ухватившись за канат, самостоятельно взобралась на корабль. Рока едва не зарычал: морские брызги намочили её шелка, что его отвлекало, но игнорировать это было невозможно. Как следствие, Букаяг стал ещё сильнее, а он, Рока, ослабел.
– Мой отец согласился с тобой поговорить, – начала она, стоя у леера. – Но только с тобой. Твои люди должны пока оставаться на корабле.
– Что она сказала, шаман? – спросил Эшен. Он и остальные могли кое-как объясняться на общепьюском, но принцесса говорила быстро.
Рока вздохнул.
– Говорит, что видеть хотят только меня.
Его телохранитель сплюнул в воду. Несколько человек за его спиной одобрительно заворчали, на ходу вооружаясь клинками и железными кольцами.
– Давай мы к ним тайком проберёмся, шаман, – предложил Эшер. – Притащим этого королька к тебе в цепях.
– Согласен, – сказал паренёк из гальдрийского молодняка. – Тебя предадут, Глас Божий. Давай высадимся и повоюем.
Рока улыбнулся. Ему хотелось поблагодарить их за заботу. Но «Букаяг Глас Божий» был божественным сосудом и не ведал страха.
– Боги меня защитят, – сказал он и внимательно вгляделся в глаза и лицо Лани, мысленно сопоставляя его с лицами всех лжецов, которых он когда-либо знал. В ней он обмана не обнаружил, но ведь её саму мог обмануть её отец.
Похоже, судьба никогда не оставляла ему выбора. Он не сможет защитить Тонг, если Тонг откажется от защиты. Он оглянулся на Эшена и положил руку ему на плечо.
– Но даже король должен научиться идти на уступки.
Лани поморщилась, но ничего не сказала, когда Рока и его тяжело вооружённая охрана поднялись на борт меньшего корабля.
В отличие от Алаку, у её отца не было личного «королевского порта», и вскоре они пристали к общей гавани, которой пользовались торговцы и рыбаки. Даже глядя на корабли и устремлённые в небо очертания зданий Кецры, она не чувствовала себя дома.
Лани взглянула на Букаяга, который, прищурив на солнце свои острые золотые глаза, хмуро изучал город.
– Что, континент оказался меньше, чем ты надеялся?
Букаяг свёл брови.
– Где оборона, принцесса? Солдаты? Морской союзник вашего народа завоёван, и тем не менее тонги, судя по всему, ничего не предприняли. Пожелай мы того, без усилий захватили бы ваш город.
Поразмыслив, Лани поняла, что он прав. Она подумала над тем, что сказали бы Кикай, Тейн и даже её отец, и действительно ли этот человек их враг.
– Внешность бывает обманчива, – ответила она, пытаясь не выдать истинных чувств.
Букаяг лишь хмыкнул. Они подгребли к причалу, где их ждали несколько солдат, которые расчистили для них место, разогнав людей, но в остальном портовая жизнь шла своим чередом. На них таращились купцы и моряки, а на берегу даже собралась небольшая толпа зевак и сплетников.
Лани рассчитывала сойти первой и, возможно, представить Року своему народу, но шаман словно прирождённый моряк спрыгнул на причал и подал ей руку.
Посол Тонга смотрел на них в некотором замешательстве, но она взяла протянутую руку и постаралась не заверещать, когда он поднял её, как ребёнка, и перенёс на раскачивающийся причал. Солдаты её отца уставились на огромного шамана и непроизвольно потянулись к бронзовым мечам и деревянным копьям.
Чужеземец отвесил им полупоклон, в котором было минимум уважения, но который соответствовал тонгскому этикету.
– Это Букаяг. – Сойдя на причал рядом с ним, Лани улыбнулась. – Предводитель сих воинов и духовный наставник своего народа. – Эти слова Лани произнесла на тонгском, а затем указала на главу охраны своего отца и заговорила на общепьюском. – Шаман, это Лило, мой двоюродный брат. Он проводит вас во дворец.
– Твой отец приказал, чтобы он пришёл
Уловив агрессию в его интонации, люди Букаяга напряглись и шагнули вперёд. Но шамана это, казалось, лишь позабавило. Лани повысила голос, чтобы говорить с братом наравне.
– Я согласилась на двух телохранителей, и это уже казалось перебором. Уверена, с тремя ты справишься.
Лило смотрел на неё дольше, чем допускал этикет, но в итоге кивнул.
– Пусть варвары следуют за мной.
Букаяг ухмыльнулся и шагнул вперёд, не дожидаясь указаний, и Лани не знала, понимает ли он тонгский. Предположить, что понимает, было разумно, а вот оскорблять его – крайне глупо.
Они вместе спустились по качающемуся причалу под неотступными взглядами растущей толпы. Лани держала голову высоко и пыталась идти как принцесса. Она знала, что точно так же находится в центре внимания, как и люди пепла: вернувшаяся тонгская принцесса, воспитанная при дворе Короля-Чародея как островитянка.
Её недавний визит к отцу прошёл достаточно гладко. Она оставила сына со своей матерью, но ей пришлось схлестнуться с Капуле за возможность вернуться и самой привести людей пепла.
