— Мы превосходим их в огневой мощи. Любой разумный командир поймёт, что с нами лучше дел не иметь. В обмен на то, что мы оставим их в живых, они отдадут все свои средства связи.
Ли хмыкнул. А ведь план мог сработать. Но он искренне надеялся, что до мирных переговоров не дойдёт. Ночь была ещё молода, а его нож требовал крови.
— Если ничего не получится, — заметил Вик, — дальнейший путь будет намного труднее. Выдвигаемся.
Своей дорогой они рассекали напополам сумеречный лес. Серые. Безликие. Лунный свет едва пробивался сквозь листья, синими ромбами вылавливая обнажённую кожу или промасленное снаряжение. Маленький шаман шёл впереди всех, иногда поднимая жилистую смуглую руку, приказывая отряду остановиться. Следом за ним вышагивал капитан-железка, водя из стороны в сторону автоматом. С лицом, закрытым маской, он походил на закованных в чёрную броню церковных зелотов. Из них раньше набирал телохранителей полковник Эймс. Когда-то и Ли мечтал, что ему достанется такая броня. Не сложилось. Медичка плелась в середине, боязливо озираясь слезящимися глазами и часто дыша ртом.
За ней семенил Ли, посматривая под ноги. Не хватало только в темноте зацепиться за корягу или наступить на мину, которая каким-то образом здесь оказалась. Синегубые очень редко использовали мины. В большинстве случаев они их доставали с внешних колец обороны баз первенцев и закапывали возле дорог неподалёку. Большей популярностью пользовались ямы с кольями, отравленные источники воды, гнёзда ядовитых змей и другие ловушки. Мины здесь могли оставить только солдаты Первого Города, а нога первенцев сюда ещё не ступала. Во всяком случае, официально.
Замыкал колонну Саргий, с удивительной стойкостью тащивший мешок боеприпасов. Он побелел сильнее обычного, но и только. На его месте Ли бы пыхтел и потел как девственник в свой первый раз.
Иммигрант вообще казался выходцем из другого мира. Первенцы считали себя совершенством — инкубаторы и гены тому доказательство (дефы не в счёт). Но Саргий будто служил живой насмешкой над ними. Выше двух метров ростом, могучий как несколько быков, выносливый и безжалостный. Идеальный сын Первого Города. Но родившийся за его стенами.
Его стоило выслать, даже если бы он не был преступником — просто чтобы глаза не мозолил.
Пулемёт, что иммигрант тащил, обычно обслуживала команда из двух человек. Один подавал ленту с боеприпасами, а второй стрелял — только со стационарной позиции. Саргий же без проблем держал пулемёт на весу одной рукой. Ли бы сейчас всё отдал, чтобы глянуть, как иммигрант будет из него палить с сумкой за плечами.
Джунгли вещали свою обычную песнь, по которой Ли уже успел соскучиться. Воздух, потяжелевший от влаги, еле пролезал в лёгкие, запахи мокрого дерева и травы перекрывали аромат масла от оружия. Поскрипывали пояса, подсумки слегка постукивали по бёдрам. Кожу то там, то тут покалывало, лицо периодически начинало чесаться. Руки, обхватившие винтовку в мертвецких объятиях, успели затечь.
Давно Ли не выходил просто так поискать приключений. Томми ругался каждый раз, когда он возвращался после трёхдневного забега по зелени: грязный, в форме, пропитанной потом, с заросшим лицом и вонючим дыханием. Пусть рулевой и слизняк, но он всерьёз заботился о помощнике. Точнее, об образе, который он создал в своём воображении. Ли всё же делал ему скидку: Томми входил в очень узкий круг людей, которые дарили ему счастливые минуты в этой мрачной и неприглядной жизни. Людей, с которыми он был в Состоянии. С которыми он мог не быть самим собой.
Перед походом Ли забрал с катера одежду, винтовку, подсумки, флягу с водой и даже ранец. Короткий рейд мог затянуться на день, два, а то и на месяц. Джунгли всегда преподносили сюрпризы, бывало приятные, но чаще не очень.
Краем глаза Ли заметил шевеление за деревьями и остановился. Джунгли любили одиночек, которые знали, что делали. Таких, как Ли. Большие и шумные банды неопытных бойцов вызывали у Вне раздражение. Ли сейчас бы всё отдал, чтобы заставить шайку Валентайна исчезнуть.
— Почему ты остановился? — спросил иммигрант, присев на колено. Этот-то поймёт, в чём дело.
— Движение, вон там, — Ли поднял винтовку и прицелился. Деревянный отполированный приклад приятно охлаждал щёку, палец нащупал спусковой крючок и начал его поглаживать. Саргий замер на месте — сразу видно, опытный боец. Он знал капризы джунглей, то, как Вне любит обманывать, завлекать, флиртовать. Только ему не хватало чуткости, элегантности и опыта Ли.
И маленького шамана, который встал перед иммигрантом и развёл руки в стороны — будто самоубийца, пытающийся остановить поезд.
— То, что там творится, не должно вас волновать, — произнёс он холодным голосом. Ли даже не заметил, как сааксец подкрался. Будто знал, что будет дальше. — Я договорился с Миром. Он должен нас пропустить. Вы же всё портите.
Ли хотел было заспорить, но передумал. Дружелюбно улыбнувшись, он убрал оружие и встал по стойке смирно. Саргий тоже расслабился. Ли стиснул зубы: он не ожидал, что иммигрант так быстро сдастся.
