— Если вы убьете его, я уничтожу вас. — На самом деле я собиралась уничтожить его в любом случае. Да, я страстно этого желала.
Но Франко не обратил на мои слова никакого внимания.
— Пошли, — сказал он своим людям. Тристану он бросил: — Если ваши солдаты пойдут за нами, он умрет.
Они были почти у двери, когда я крикнула:
— Стойте!
Франко обернулся.
Мой гнев, моя решимость… все исчезло, осталась лишь боль, и все что я могла, — просить.
— Можно мне попрощаться? Пожалуйста?
Франко посмотрел на меня, на Гектора и снова на меня, казалось, его это забавляет. Он пожал плечами, и солдаты отпустили Гектора.
Я бросилась к нему. Он сжал меня в объятиях, он гладил мои волосы и, прижав губы к моему виску, шептал что-то, чего я не могла расслышать.
— Я приду за тобой, — прошептала я.
— Элиза, нет! — Он оттолкнул меня, держа за плечи. — Позволь мне в последний раз исполнить свой долг. Послушай моего совета.
— Мне нужно, чтобы ты выдержал это. Выдержи это ради меня, Гектор. Пожалуйста. И будь готов.
А потом они увели его, и во мне будто пробили брешь, и легкие отказывались дышать. Я упала на колени, схватившись за живот. Господи, ну почему все так ужасно?
Чья-то рука сжала мое плечо, обняла за шею, потянула.
— Мне так жаль, деточка моя, — сказала Химена. Она прижала меня к груди, как делала раньше, когда я была ребенком. Я ухватилась за нее, вдыхая ее знакомый запах, а она гладила мои волосы.
— Я надеюсь, тебя утешит то, что он пожертвовал собой ради тебя, — говорили она. — Я всегда знала, что он так и сделает. Он очень любил тебя.
Я отпрянула от нее в изумлении, по коже побежали мурашки.
— Ах, деточка, эта боль пройдет. Я обещаю. Как это было с тем мальчиком в пустыне. Я знаю, сейчас это трудно понять, но тебе предназначена великая судьба, Элиза. Ты хранитель амулета и правительница. Ты дважды избрана Богом. И однажды это изгладится из твоей памяти. — Она протянула руки, чтобы снова обнять меня.
Я встала, вытерла слезы, которые когда-то успели пролиться. Я посмотрела на няню сверху вниз. Моя защитница. Самый близкий человек после матери. Казалось, она склонилась к моим ногам.
— Химена, — сказала я невозмутимо спокойным голосом. — Ты убивала ради меня. Ты скрывала от меня важные вещи. Ты пожертвовала одним из самых близких моих друзей. И все это ты делала без согласия с моей волей.
Ее черные глаза вспыхнули:
— Я всегда делала как лучше. Вам всего семнадцать! Вам нужно…
— Я взрослая женщина и королева. А ты отныне можешь быть свободна.
Она изумленно смотрела на меня.
— Отправляйся домой, Химена. В Ороваль. Я уверена, папа и Алодия найдут для тебя место.
— Нет! Я должна защищать вас! Элиза, детка моя, я люблю…
— Тристан, пожалуйста, велите проводить мою бывшую няню на ближайший пассажирский корабль.
— Да, ваше величество, — сказал он и сделал знак своим людям.
Химена поднялась, расправила юбку и смиренно сложила руки. Ее повели из комнаты, и, обернувшись, она сказала:
— Я всегда буду вашей защитницей. Несмотря ни на что. Такова воля божья.
Я отвернулась, мне было грустно и больно, но я готова была стать такой королевой, какая нужна моему народу.
— Тристан. Вы все еще хотите занять пост лорда кворума?
— Да, ваше величество.
Я достала из кармана один из амулетов. Он сиял ярче любого драгоценного камня, хотя и не был живым.
— Возьмите это. Этого хватит на целый гарнизон. Я подтверждаю, что это настоящий божественный амулет из моей личной коллекции, соответствующий документ, заверенный королевской печатью, будет составлен.
Его рука на мгновение замерла в воздухе, прежде чем взять камень.
— Спасибо.
Я сделала знак Фернандо подойти ко мне, достала еще один амулет и отдала ему.
— Отдайте это капитану Люцио. Наберите больше охраны для защиты дворца, если он еще не захвачен. Если захвачен, отправляйтесь в укрытие и соберите королевскую гвардию. — Я положила амулет на его ладонь. — Фернандо, мне нужна собственная армия.
— Да, ваше величество. — Он смотрел на камень в своей руке.
— Белен!
Он подошел, лицо его было мрачно.
— Вы теперь мой личный охранник. Моя безопасность для вас теперь превыше всего.
Он кивнул, соглашаясь, и заглянул мне в глаза.
— Вы снова планируете что-то опасное и захватывающее.
Несмотря ни на что, я улыбнулась ему. Действительно, план постепенно складывался у меня в голове, и эта власть захватила меня. Именно такая власть и была мне нужна.
— Я хочу, чтобы были отправлены письма принцессе Алодии и королеве Космэ, — сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Несколько копий, на всякий случай. Они приглашаются ровно через три месяца в Басагуан, на первый в мире совет королев.
Я остановилась там, где стояла, когда ворвались люди Франко.
— Я отправлю письмо в Вентьерру, отцу Гектора, с указанием восстановить Гектора в правах единственного наследника. И мне нужно сделать заявление. Мара, моя печать уцелела во время наших странствий? — Она кивнула, и я продолжила: — Заявление о моей помолвке с лордом-капитаном Гектором, наследником Вентьерры.
