– Нравится то, что видишь? – шепчет ангел мне в волосы, касаясь их губами. – Если не хочешь, чтобы я прижал тебя к стене за твоей спиной, целовал и трогал во всех местах, где ты сейчас не выдержишь моих прикосновений, то лучше не смотри на меня так.
Моя холодная кожа покрывается такими же холодными мурашками, и я отвожу глаза. Азраэль идет дальше, но я не могу не заметить его напряжение.
– Энола меня не любит. Но я с ней поговорю и, если ты на этом настаиваешь, она понесет наказание.
Мы с Энолой никогда не были лучшими подружками, но после моего обращения пери стала чуть больше мне нравиться.
– Давай я сама с этим разберусь. В конце концов, это же мой дом.
– Ладно. Пойдешь со мной на кухню? Кимми очень хочет тебя увидеть. Я еще не завтракал, и ты должна рассказать нам, что происходило в геенне. А еще есть кое-какие новости.
– Новости? Какие новости и почему ты сообщаешь о них только сейчас?
Ангел ускоряет шаг.
– Просто хотел, чтобы ты отдохнула, а не бросалась сразу же в следующее приключение.
– Ты так говоришь, словно мне это нравится.
Он приподнимает брови, но взгляд остается нежным.
– А разве нет? Тобой овладевает какая-то потусторонняя сила, заставляя ввязываться в неприятности?
Пихнув его локтем в бок, я не скрываю усмешку.
– Можешь примерно так себе это и представлять. А настоящая я предпочла бы сидеть в гостиной и вязать.
– Вероятно, однажды ты действительно начнешь это делать.
Вот уж точно нет.
Кухня расположена на полуподвальном этаже дворца и просто огромна. Несмотря на сравнительно небольшие окошки, тут светло и очень уютно. Наверняка раньше здесь готовили блюда для грандиозных балов и других торжеств. За большим столом в центре сидит Гор, а Кимми его лечит. При нашем появлении у него на лице гаснет улыбка, которую бог только что ей подарил.
– Мы не можем рассказать Сету о том, что уже выяснили, – заявляет он.
– Сиди смирно. – Кимми промакивает его разбитую бровь. – И не будь таким злопамятным. А если не образумишься, я огрею тебя скалкой по голове. – Уперев руки в бока, она сердито смотрит на Гора. – Когда же до тебя, болвана, дойдет, что вы победите только вместе? Если я правильно поняла Юну, то Сет едва не погиб в геенне, защищая Тари. Какие еще доказательства тебе нужны, чтобы понять, что он на вашей стороне?
Гор сжимает губы. Они не выглядят как свежеиспеченная парочка влюбленных. Видимо, он опять все испортил. Кузина направляется ко мне, но прежде чем успевает подойти, Гор ловит ее за руку и одним движением притягивает к своей груди.
– Отпусти меня. – Кимми брыкается в его объятиях. – Я просто хочу поздороваться с Тари.
– Это можно сделать и отсюда. Скажи: «Привет, Тари», а потом возвращайся вместе со мной в другой конец стола. Прости, – обращается Гор уже ко мне, – просто небольшие меры предосторожности.
– Конечно. Все в порядке, Кимми. У тебя все хорошо?
– Было бы еще лучше, если бы он постоянно меня не третировал. – Она тыкает Гору локтем в ребра.
– Ауч. – От удивления он отпускает кузину, та бросается вперед и обнимает меня. Жар встречается с холодом, и у меня вырывается негромкий стон.
– Извини. – Кимми отшатывается. – Об этом я не подумала. У тебя что-нибудь болит?
– Все в порядке, – отрицательно качаю головой, хотя там, где она ко мне прикоснулась, под кожей вспыхивает пламя.
– Я так волновалась. – На глаза кузины наворачиваются слезы. – Гарольд совсем расклеился. На моей памяти он никогда таким не был. Вчера я сразу же ему позвонила и рассказала, что ты вернулась. А маме, папе и Константину говорю, что мы на суперсекретном задании: ищем артефакт для правительства. В противном случае они настояли бы на моем возвращении.
Гор осторожно тянет ее обратно на другую сторону стола, и Кимми не сопротивляется.
– Мне нравятся твои родители и твой брат. Они очень разумные. Интересно, а тебя, случайно, не удочерили?
Она презрительно хмыкает. Этот бог – настоящая курица-наседка.
– Перед возвращением куплю нам шляпы в стиле Индианы Джонса и два хлыста. Для подкрепления твоей легенды, – предлагаю я.
На слове «хлыст» у Гора округляются глаза. Наседка с грязными мыслишками.
– Сомневаюсь, что они поверили в мою историю, – вздыхает Кимми. – Хотела бы я рассказать им правду.
– Это просто ложь по необходимости, – утешает Гор. – Такое не возбраняется. Если они узнают правду, то пришлют спецназ, чтобы забрать тебя домой. Где тебе, по-моему, и стоило бы находиться.
Очевидно, они до сих пор ведут ту же дискуссию.
Кимми хватает ножницы со стола, отрезает кусок пластыря и довольно грубо заклеивает ему рану.
– А понежнее можно? – возмущается Гор.
– Нет, нельзя, – огрызается она. – Мне уже надоело постоянно тебя лечить. В следующий раз проси кого-то из тех девчонок, которые вечно ошиваются вокруг тебя.
Отключившись от их перебранки, я сажусь на стул и наблюдаю за Азраэлем, который возится с кофемашиной. Вскоре кухня наполняется вкусным ароматом. После превращения в мой желудок не попадало ничего, кроме крови, приготовленного Мириам чая и сырого мяса в Черепковом дворце. Любопытно, смогу ли я питаться чем-то другим.
