– Магине сотни лет, – указывает Энола на противоречие в аргументации друга. – По всей видимости, кольцо даровало ей бессмертие.
Юна медленно выходит из-за занавеса. Она все еще нам не доверяет. Могу ее понять. Девушка находится в довольно небольшой комнате с пятью бессмертными, и до сих пор ей не приходилось сомневаться в том, что мы желаем ей смерти.
– Я проведу вас сквозь Камень Плача и ворота Харшиф, но у Риты повсюду есть шпионы. Ваше присутствие не останется незамеченным надолго. Ваш единственный вариант – скорость, и вы должны убить Риту.
– Мы так и сделаем, – заверяю я.
– Кольцо по-прежнему у Сета? – напряженно интересуется Данте.
– Не знаю. Когда я убегала, он еще сражался. Но против настолько превосходящих сил у него не было шансов. Он знал, что кольцо использовать нельзя, и хотел отдать его твоей матери. – Она смотрит на Данте, и в ее голосе слышатся благоговение и грусть. – Я не могла остаться. – У вампирши на лице отражаются муки совести. – Думаю, она послала Сета и Тарис на седьмой уровень. Если там они не умрут, то сойдут с ума. В том месте обитает зло.
Не просто зло. Меня охватывает ледяная дрожь. Там останки Иблиса. Осирис позаботился о том, чтобы его изгнали туда. Если от ангела еще что-то осталось, он почует Нефертари и воспользуется ею. А она против него окажется беспомощна.
– Возьми у Микаила скипетр, – настойчиво прошу Данте. Джинн быстрее всех попадет в Рим и сможет привести сюда Микаила с артефактом. – Передай ему, что он нам нужен. Если откажется, скажи, что Нефертари во власти Иблиса.
Его бронзовая кожа приобретает зеленоватый отлив. Принц видел Иблиса в бою и всегда боялся ангела.
– Отправляюсь немедленно, – отвечает он. – Бойцы, которые уже находятся в городе, пойдут с нами в геенну. – Данте поворачивается к молодому управляющему. – Намик, собери их и доложи моей матери о последних событиях. Попроси ее последовать за нами с еще одним отрядом.
Намик кивает и через секунду исчезает.
– Спасибо, – говорю я. – Встретимся через час у стены и вытащим их оттуда.
Энола тихо, едва слышно выдыхает.
– А ты подробно расскажешь, куда нам идти. Где проход на седьмой уровень? – обращаюсь к Юне. – Как его найти быстрее всего?
– Я вас отведу. – Голос у нее дрожит. – Никто не ориентируется там лучше меня. Это все благодаря Платону. Половину своей смертной жизни и всю бессмертную он посвятил задаче воссоединить регалии. Я помогу как смогу.
Саймон пытается возразить, но она кладет ладонь ему на руку и слегка качает головой. Вампирша не умеет читать мысли, но они достаточно близки, чтобы она почувствовала его страх.
– Я вернусь, – обещает Юна.
– Я провожу вас до входа, – твердым голосом произносит молодой человек. – Не буду ждать здесь и рисовать, терзаясь страхом за тебя.
Встав на носочки, она оставляет на губах Саймона легкий поцелуй:
– Ты всегда терзаешься страхом за меня.
Парень крепко обнимает ее.
– Надеюсь, теперь этому придет конец.
– Я о ней позабочусь, – обещаю я. – С ней ничего не случится.
– Если не сдержишь обещание, то увидишь, на что способен потомок Шимона Бар-Кохбы.
– Собираешься кисточкой выколоть ему глаз? – ухмыляется Гор.
– Высокомерные бессмертные, – ворчит Саймон, качая головой. – Надо нарисовать вас особенно уродливыми.
Бог добродушно похлопывает его по плечу.
– Красивого мужчину ничем не испортить. Даже твоим искусством.
– Ты даже не представляешь, – бурчит Саймон, но выглядит уже не таким напряженным.
Юна переодевается, и когда вскоре после этого мы все вместе покидаем квартиру, мой взгляд падает на надпись.
– Ты написал это для нее? – интересуется Гор. – Если да, то я реально боюсь твоей картины.
– А Кимми бы понравилось, – пихает его в бок Энола.
– Серьезно? – хмурится он. – Поверить не могу.
Бог переводит текст и одновременно зачитывает его вслух.
– Что это значит?
Пери лишь пожимает плечами и натянуто улыбается. Нам всем ясно, что он просто пытается нас отвлечь, но я не могу сосредоточиться на болтовне, поскольку все мои мысли кружатся вокруг Нефертари.
– Адриан сам сочинил эти строки и приказал высечь их в своей усыпальнице, – отвечает на вопрос Юна. –
– Кстати, я правильно все понимаю? – любопытствует бог, пока мы идем по улице. – Ты почти две тысячи лет пьешь кровь его семьи?
Девушка кивает.
– Но вы двое… – не успокаивается он. – Ты заводила отношения с его предками в каждом поколении? – выпаливает Гор с нотками отвращения, хотя и сам берет от жизни все.
Юна смеется, а у Саймона краснеют щеки.
