Он продолжает возиться под капотом, пачкая руки смазкой.
– Хотя ремень немного потерся, правда. Придется скоро менять.
Морфей задумчиво постукивает пальцем по краю шляпы.
– И как это всё работает?
У меня перехватывает дыхание. Надо радоваться, что они не пытаются убить друг друга, но я просто не в силах это осмыслить. Моя мать отправилась на прогулку в Зазеркалье… слишком много странностей за раз.
Я поворачиваюсь и сердито смотрю на Джен, которая торопится следом.
– Ты сказала, что они дерутся, – шепчу я.
Она жмет плечами.
Морфей, очевидно, сдержал клятву и каким-то образом всё уладил с Джебом. А значит, я вольна отправиться за мамой. Вне себя от волнения, я делаю шаг к дому.
И тут Дженара кашляет.
Джеб и Морфей поворачиваются. Я замираю.
Они стоят и как будто целую вечность глазеют на меня. Вечернее солнце так и печет, и в многослойном платье мне делается жарко. Вокруг такая тишина, что я с болезненной остротой слышу молчание вездесущих насекомых. Они как будто покинули свой пост. В последнее время они либо жалуются на цветы, либо… молчат.
Джеб захлопывает капот. Я прикусываю губу, когда он приближается, вытирая смазку с рук банданой, которую достает из кармана.
– Ого, – говорит он и внимательно рассматривает меня. В его глазах я читаю ненасытное и грубое желание прикоснуться ко мне – Джебу до боли этого хочется…
Никогда еще я не видела такого пристального взгляда. Мои ноги как будто превращаются в мягкую глину.
Он берет меня за руку, обтянутую кружевной перчаткой, привлекает к себе и обнимает.
– И я должен ждать конца выпускного бала, в то время как ты такая прекрасная? – шепчет Джеб мне на ухо и целует в висок.
У меня захватывает дух. Если бы только я могла радоваться его словам. Я гляжу через крепкое плечо Джеба и замечаю, что Морфей наблюдает за нами. Он снимает шляпу, и блестящие черные глаза свидетельствуют, что он тоже одобряет мое платье.
Я хмурюсь и взглядом приказываю ему: «Не трать время! Верни маму! Найди Червонную Королеву, чтобы мы могли загнать ее обратно!»
– Настоящая фея-невеста, – говорит Морфей, и я понимаю, что на сей раз он не слышал моих мыслей. – Не хватает только крыльев.
Джеб крепче обнимает меня. Вот оно – то напряжение, которое я ожидала почувствовать, выйдя из дома. Оба ведут себя очень вежливо, но мир может рухнуть в любую минуту.
Дженара делает шаг вперед, заслонив Морфею обзор.
– К слову, о крыльях… господин энтомолог, мне нужен ваш совет по поводу костюма. Может, погрызем печенье и устроим мозговой штурм?
Морфей следует за ней, в последний раз взглянув на нас через плечо.
Как только они скрываются в доме, Джеб шепотом говорит:
– Я думал, они уже никогда не уйдут, – и наклоняется, чтобы поцеловать меня.
Я отступаю к двери.
Джеб, нахмурившись, следует за мной.
– Ты сердишься, что я не подвез тебя из школы? Но я нарочно сократил интервью, чтобы приехать сюда. Мне нужно будет встретиться с репортером еще раз. Разве это не считается?
При виде его обиженного лица у меня внутри всё скручивается.
– Да, то есть нет. Я не злюсь. Я думала, это ты злишься. Джен сказала, что Таэлор…
– Морт всё объяснил, – отвечает Джеб, убирая бандану.
– Морт? Он разрешает так себя называть?
– А я не спрашивал разрешения.
Я задумчиво склоняю голову набок.
– Значит, мир?
– Ты написала, что вы как-то странно встретились. Морт сказал, что хотел, чтоб Таэлор приревновала. Он притворился, что ухаживает за тобой, а она раздула из мухи слона, потому что разозлилась… короче, всё сходится. Хотя и жаль, что он теперь нажил себе врага. Таэлор – не тот человек, с которым стоит ссориться.
– Да уж, – отвечаю я и ускоряю шаг.
Джеб идет следом.
– Ты бы слышал, какие слухи она распускает в школе.
– Ну, завтра он всё сам объяснит. Знаком он с твоей семьей или нет, он не имеет никакого права так легкомысленно порхать и подставлять тебя. Мотра, блин.
Я замираю на месте и леденею. Нет, Джеб вряд ли помнит, что Морфей умеет превращаться в бабочку.
Строго говоря, он не был в Стране Чудес, и этим воспоминаниям неоткуда взяться… Разве что мама не ошиблась, когда сказала, что Страна Чудес оставляет след на каждом, кто ее посетит. Может быть, подсознание Джеба каким-то образом воскрешает то, что он не пережил?
– Как ты сказал? – переспрашиваю я дрожащим голосом… в нем звучит надежда.
– Мотра, – повторяет Джеб. – Помнишь? Главный враг Годзиллы. Потому что этот тип просто помешан на бабочках.
Он хитро улыбается, глядя на меня.
– Ты что, не обратила внимания на его шляпу? И на дверцы машины? Когда они обе подняты, то похожи на бабочкины крылья.
– А.
Ну конечно, он не помнит. И мои мысли вновь возвращаются к маме и ее секретам.
– Давай зайдем в дом, мне надо переодеться.
– Подожди.
Джеб берет меня за руку и кружит, так что развевается юбка, вырезанная фестонами. Когда я вновь оказываюсь к нему лицом, он качает головой.
– Морт прав. Ты похожа на фею, которая собралась замуж. Я хочу еще немного на тебя полюбоваться…
Он так ласково просит, что его голос кажется нежнее шелка. Джеб целует мою руку сквозь перчатку.
