Корона желаний полностью

По привычке вглядываясь ввысь, я выискивала наше с Майей созвездие. Тщетно. «Где бы мы ни находились, небо над нами будет общим». Горло перехватило. Майя солгала. Оказалось, есть места, где одно небо заканчивается и во все стороны простирается вселенная. Места, где связь между нами обрывается. На какое небо сейчас смотрела моя сестра?

Сады Нанданы плавно перетекали в ледяной чертог. В воздухе парили призрачные лотосы, из срезанных стеблей сочилась сладкая ароматная влага, на которую уже сбежалась небольшая толпа. Якшини со стеклянными крыльями или павлиньими хвостами, украшенными самоцветами, пили этот сок и пели.

– Это их город. – Викрам кивнул на прекрасных мужчин и женщин.

Я и сама об этом знала из рассказов Майи. Якши и якшини считались хранителями сокровищ, спрятанных в ручьях, лесах, морях и пещерах. Ледяной зал вокруг нас наполнился музыкой. В этих песнях не было слов, но в голове моей проносились образы… кружево инея на пальмовых листьях, горы в нежных объятиях зимы, измученное и побледневшее небо после дождя.

– Еще что-нибудь? – пробормотала я. – Их слабые места? Стратегии на случай, если придется с ними сражаться?

Викрам нахмурился:

– В сказках всегда говорилось, что они не любят упоминаний о мире смертных.

– Очень полезно. – Я закатила глаза и попыталась быстро провести нас через зал, но одна из женщин нас заметила. Точнее, заметила Викрама. Она широко улыбнулась, и мгновение спустя перед нами стояло уже три прелестницы.

– Не хотите ли выпить с нами, принц? – спросила одна якшини.

В ямочке на ее шее покоился хрустальный кулон, в котором миниатюрный рассвет боролся за власть с подступающими сумерками. А на шелке ее сари расцветали и рассыпались искрами тысячи золотисто-розовых солнц.

– Выпейте с нами, милый принц, – промолвила другая якшини – прекрасная дикарка, необузданная, как бушующий в лесу пожар. – А если напиток придется вам не по вкусу, то, может, хоть компания окажется достаточно сладкой.

– Да-да, выпейте, – добавила третья. Кожа ее отливала синевой, а по запястьям расползался ледяной узор. – Выглядите таким усталым, принц, таким измученным жаждой.

Якшини рассмеялись, а мое раздражение переросло в ярость. Викраму, значит, предлагают прохладительные напитки и, вероятно, нечто большее, а я стою тут с пересохшим горлом, всеми позабытая.

К тому же голодная и в мужском шервани, настолько перепачканном грязью и бездна знает чем еще, что его проще сжечь ради безопасности окружающих. Но сказать ничего нельзя, потому как в одной ресничке любой из этих якшини больше силы, чем во всем моем теле.

Я поморщилась, глядя на потрепанные сандалии в своей руке, и вдруг, озаренная, шагнула вперед:

– Прошу прощения. Вы, должно быть, обратили внимание, что мы вышли из сада вдвоем, рука об руку. – «Не груби, Гаури». – Можно ли и мне чего-нибудь выпить?

Синяя якшини моргнула и уставилась на меня.

– Согласен, – усмехнулся Викрам. – Все, что вы предлагаете мне, следует предложить и моей спутнице.

– Все, что они предлагают тебе, мне явно не нужно.

– Не попробуешь, не узнаешь.

Я бросила сандалии на пол:

– Такой обмен вас устроит? Обувь на выпивку?

Якшини отшатнулись, скривившись от отвращения, и растворились в толпе.

– Идем. – Я подхватила сандалии. – Еще ж надо отыскать нашу смерть на этом Турнире.

– Я когда-нибудь хвалил твое красноречие?

– Нет. Но можешь начинать в любую секунду, разрешаю.

Мы шли по ледяному саду, сквозь медленно падающий вверх снег. Белые деревья врастали в небо костлявыми пальцами, а сгрудившиеся вокруг зимнего бассейна двенадцать мужчин и двенадцать женщин с изможденными лицами усталыми руками наглаживали собственные отражения.

В конце очередной тропинки перед нами расступилась стена золотых роз. На подиуме, спиной к парадному входу роскошного дворца, стояла высокая и тоненькая якшини. Прозрачные крылья паутинками стекали с ее лопаток и развевались в безветренном воздухе. Викрам положил перед нею рубин, и якшини улыбнулась.

– Повелитель Алаки, Хранитель сокровищ и Царь царей передает поклон и приветствует вас на Турнире желаний.

Совет Уджиджайна быстро указал Викраму его истинное место. Поначалу его осыпали оскорблениями, столь мелкими, что по юности он их даже не распознавал, но и крошечный укол может ранить так же глубоко, как самый острый клинок. А в двенадцать лет советники привели Викрама в янтарную комнату в дальнем конце дворца. Император туда никогда не приходил, так они сказали.

– Тайны обладают огромной властью, юный принц, – промолвил один из советников – мужчина с крючковатым носом и изумрудными глазами. – Они любого заставят плясать.

В центре комнаты стояла сцена для театра теней. Из всех развлечений на всех гуляньях больше всего Викрам любил именно его. Любил смотреть, как оживает история из одних только палочек и кусочков бумаги. Сейчас за завесой танцевала сильная кукла в короне.

– Это принц, – сказал один из членов совета.

Викрам радостно хлопнул в ладоши:

– Как я?