— Да, день окончания летних работ у местного населения. Праздник в честь Девы Марии. Но он через четыре дня. А ты, Поттер, завтра улетаешь. «Не поставил в известность того, кто тебя приглашал?»
— Ну, четыре дня аврорат без меня потерпит. Или пять. Надеюсь, господин зельевар, вы поняли, что мы идём на это Ферро вместе? — забирая полотенце, растяпа опрокинул пару пробирок и смахнул на пол горсточку замороженных муравьиных слёз.
И кто его пригласил-то? Нет, ну надо же, ещё и недели не прошло, а Поттера уже кто-то куда-то приглашает!.. Или я спросил это вслух, или Гарри прочёл вопрос на моём лице. Где же ваше самообладание, мистер Малфой?
— Если ты, Драко, занят, то я пойду с Джио, — бросил провокатор уже в дверях. От их грохота на полке упала грамота Европейской Гильдии Зельеваров. Джио? Хм… Джиона? Корджиоза? Джилорензиана? Или Джиованни, Джиордано, Серджио? Вот теперь бросай все дела и тащись на эту глупую сельскую пьянку!
Феррагосто, Феррагосто, будь оно не ладно! У меня сыворотка подходит, за ней пригляд нужен, постоянное встряхивание, это же вам не примитивное Оборотное, а редкое, сложное зелье. А Поттер прожужжал мне все уши про предстоящую дурацкую вечеринку на пляже и про своих новых друзей. Именно так: не приятели или знакомые, а сразу друзья! Два дня знакомы, а уже не разлей вода и «все итальянцы точно бы учились на гриффиндоре!» после кружечки розовой кислятины. Простодушному и яму рыть не надо! Джио, как выяснилось, оказался парнем, но вполне безобидным, свежепомолвленным. Но в сумбурно-восторженных рассказах Гарри (не спрашивать же на полном серьёзе подробности, демонстрируя собственную заинтересованность!), покорённого обаянием итальянцев, кроме женских имён неоднократно мелькали какие-то Беппе и Жерардо, и я, скрепя сердце, вынужден был самому себе признаться, что просто не перенесу вечер в лаборатории, когда эти самые «храбрые копья»[2] будут при свете костров под шум ночного прибоя обхаживать зеленоглазого молодого наивного англичанина. Да у Поттера, наверное, ещё никогда и парня-то не было? А, может быть, и девушки?! Что? Гарри — девственник? Нет, не может быть… Но, в любом случае, на ловеласа и, тем более, на опытного гея он не похож ни капли… Гарри — девственник? М-м-м… Брошу всё к чёрту! Какая лаборатория, какая сыворотка, когда от этих мыслей рубашка моментально прилипла к спине и заныли зубы… А теперь и не только зубы!..
Пробирку с концентратом сыворотки я укупорил не только плотно притёртой пробкой, но и магией и положил в карман: буду трясти время от времени и осторожно контролировать процесс созревания зелья, авось, ничего не взорвётся… Шутка. Согласен, что не смешная. Заразный он, что ли, этот Мальчик-у-которого-вечно-нет-своих-сигарет-зато-полно-подозрительных-друзей?..
Если вы не были на Феррагосто, то обязательно посетите 15 августа сельскую глубинку или побережье Италии. Советую! Или… не советую, даже не знаю, как будет честнее…
Драко Малфой никогда не страдал потерей памяти, даже если эта память не доставляла ничего, кроме боли, стыда и страданий. Но та, знаменательная во всех отношениях ночь во славу маггловской богородицы врывается в мой мозг рваными спутанными воспоминаниями, не желающими раскладываться по привычным полочкам самоконтроля и владения ситуацией. Именно, врывается. Без стука, без приглашения, кусками и ошмётками мыслей, чувств, удивительного, необычного ощущения раздвоения и присутствия в параллельном мире, полёта над морем, над миром, рука к руке с Гарри, с парнем, которого я…
«Buon Ferragosto! Buon Ferragosto!», — неслось радостно и искренне со всех сторон. Хмельно, игриво. Заразительно! «Buon Ferragosto!», — шептал я, лаская абсолютно, совершенно, неестественно расслабленного черноволосого крепкого удивительно красивого парня. Самого лучшего на свете, самого желанного. Лаская, и нежно, но сильно удерживая его под живот, укладывая перед собой, раздвигая его безвольные послушные ноги, удобнее подтягивая за бёдра, оглаживая поясницу, колени, щиколотки, массируя пальцы на его ногах. Вдыхая пьяный аромат вожделения, податливой плоти, не помышляющий о сопротивлении, проникая языком туда, куда даже мысли свои не пускаю, не то, что желания. Гарри Поттер?! Он. Он!
