Пока Платон размещался внизу, хрустя галькой, я вновь осмотрел окрестности в «ауровизор». Чисто. Правда, если что-то из-под воды полезет, то я ауру так и не увижу до самой последней секунды, текущая вода еще и самый лучший экран. Но не думаю, что нам это грозит, за весь день ничего опасного так и не видели с самых болот.
– Серег, что спросить тебя хотел… – Я убрал «ауровизор» в подсумок. – Как так вышло, что тот Валентиныч, который нас грохнуть собирался, подобрался к тебе так близко? Мне как-то шепнули, что вы с ним вместе в Лисьих Выселках работали, в этом вашем кондукторском «профсоюзе».
– Я его не знал, мы в разное время работали. Он позже появился, поэтому и подсунули.
– А на тебя он через Джона вышел?
– Ты и про Джона знаешь? – Платон то ли удивился, то ли напрягся, то ли тужился просто.
– И про Джона тоже знаю. А в чем секретность? Мы вроде как вместе работаем, я от тебя своих секретов не прячу.
– Да нет проблем, я просто не говорил о нем ни с кем. Да, от него пришли.
– А ему это зачем? – Тут я вполне искренне удивился.
– Развели его. Там дальше еще люди в цепочке были, частично местные, частично из России перебрались. Сейчас цепочка развалилась, как раз после того случая, сам Джон переехал в Анкоридж и все свои контакты сменил. Ты в курсе, что в те края еще одни ворота есть? – вдруг спросил он.
– На Аляску?
– Не совсем. В Канаду. Выход на Юконе.
– Догадывался.
– Как?
– Как мы гусеницы для машин возить начали, так сразу в Лисьих Выселках в продаже появились похожие, но не наши, – припомнил я свою на редкость памятную поездку в это село. – «Маттракс», а у нас «доминаторы». Если бы их через Россию везли, то больше времени заняло бы, заказывать надо. То есть просто купили где-то из стока и закинули.
– Но там ворота хуже.
– Почему?
Платон выдержал паузу, будучи явно занят другим, затем ответил:
– Там один городок всего, Уайтхорс, от него одна дорога к воротам, довольно долгая. А весь наш бизнес знаешь с чего начинался?
– С чего?
– С краденых тачек. – Я услышал, как Серега усмехнулся. – Дернули, номера поменяли на левые, до ворот догнали – и на эту сторону. Ищи ее потом. Если на Аляске с этим просто, есть где спереть, то на Юконе даже с этим проблема. И машин немного, и попасться легко.
– Я так понимаю, что в Приграничье большая часть машин краденая, нет?
– Из того, что кондукторы тащат, – четыре из пяти, я думаю. Поэтому если кондуктор сидит на воротах, как мы, у него доход всегда хороший. Кинь лопату, пожалуйста. – Внизу снова зашуршала галька.
Я подошел к спуску и сбросил лопатку под ноги затягивавшему ремень Платону.
– А схему вашу медицинскую Джон придумал?
– Не он один, как я понимаю. Но сейчас она только на него замкнута.
– Фомин ему возил?
– Не, Фомин возил второму мужику, русскому. Два канала.
Платон заработал лопаткой, потом полез наверх по спуску.
– А почему Маломер к тебе подошел? А не к канадскому каналу?
– Там какие-то свои заморочки, не знаю, я же давно от всех их дел отошел. Может, нормальный бизнес наладили, и теперь им наркота ни во что не уперлась. Мы же от краденых машин тоже отказались, как только что-то другое наладили. Даже машины теперь покупаем.
– Ну и правильно сделали. – Я подал ему руку и вытащил наверх. – Так они к тебе с просьбой пришли или настойчивой просьбой?
– С требованием. – Сергей отряхнул песок с брюк. – Подача такая, что типа вместе работали, поэтому и ворота общие, «профсоюзные». А Джон этот их «профсоюз» в гробу видал, он только со мной работал и из Выселок сдернул при первой возможности.
– То есть проблемы еще могут быть?
– Думаю, что могут. Но если Маломер будет стучать, то с ними и без нас разберутся, нет?
– Надеюсь.
Действительно на это надеюсь. Новые проблемы нам не нужны, и старых хватило. Но за этот канал я буду глотки рвать, если потребуется, все Лисьи Выселки сожгу и с землей сровняю. И не из-за денег, а потому что это окно домой, и для меня, и для Милы.
– Теперь ты меня карауль, давай лопату. И «ауровизор» держи, поглядывай по сторонам.
Среда запомнилась плохо. Нет, со здоровьем был полный порядок, голова не болела, и даже с утра помимо обычной зарядки немного потягал штангу, просто у Ивана в кои-то веки случился выходной и бар остался на мне с Оксаной.
Погода радовала, люди шли весь день, и после закрытия бара сил хватило лишь чтобы доползти до кровати.
Утром встал бодрым и выспавшимся, но вот настроение было не ахти – все же целый день торчать за стойкой я давно отвык, а Иван как умотал вчера куда-то с девчонками, так еще не объявлялся. Но он в своем праве – два дня выходных сам ему пообещал, никто за язык не тянул.
Так что я без фанатизма позанимался с гантелями в подвале, поколотил грушу да и отправился открывать бар, решив позавтракать прямо за стойкой. Небо хмурилось, особого наплыва клиентов сегодня ожидать не приходилось. С утра сам справлюсь, а там тетя Маша с Оксаной подойдут.
