— Нет. Большинство из этих сущностей нейтральны и существовали в сети реальности уже много веков, — ответил Юрген. — Какие-то могут создавать себе подобных. Самые продвинутые — тоже своего рода Путники, способные мутировать, изменяться, перемещаться между мирами. Это роднит их с вирусами. Они поражают только слабые миры, либо миры, путь в которые открывают Путники вроде нас с тобой или Казимира. Кому-то, как Казимиру с хоботом, удаётся вычленить особый вирусный код и использовать для своих целей. Те вертолёты и существа с хоботами, что напали вчера, были из заражённого им мира. Агенты индуистов ошибочно приняли их за твою армию, и поэтому Наала решила вступить с ними в союз.
Мимо по проспекту проехала колонна из шести автобусов, в сопровождении четырёх броневиков Корпорации. В автобусах сидели странные люди — круглолицые, в каких-то рваных шкурах и с копьями.
— Эскимосы, — пояснил часовщик, улыбаясь. — Новый народ с севера пришёл, как узбеки в прошлый раз. Это хорошо. Мир растёт, увеличивается. Пошли, вон, кажется, свободное такси.
Лестница утопала в молодой зелени и, казалось, уходила прямо на небо. Юрген, кряхтя и вздыхая, поднимался по лестнице с тросточкой, Ник придерживал старика за локоть. В середине дороги они остановились, глядя на город, лежащий на севере. Две башни — Корпорации и вокзальная — были примерно на одной высоте с тем местом, где они стояли.
— Лепота! — сказал Юрген и продолжил подъём.
Ник заспешил вперёд. Без Милы он чувствовал себя неловко — но это уже был не страх одиночества, а лёгкая тревога за близкого человека, свойственная многим. В то же время Ником владело любопытство. Он уже примерно догадывался, с кем его ведут знакомить, но то, кого он увидел на вершине горы, превзошло все его ожидания.
(Абориген и Путник)
— Ты не прав! — синекожий толстяк в пиджаке набросился на Ника и заключил его в дружеские объятия. Но лицо у него было недовольное. — Ты почему бросил моё второе тело в зоопарке? Совсем не беспокоишься о старых друзьях. Старый мамонт теперь совсем обезумел и истосковался.
— Но почему… ты в своём обычном теле? — спросил Ник.
— О, это тебе расскажут вот эти три человека, — Толстый отошёл в сторону и указал. — Знакомьтесь: Павел, Алексей и Антон. А это Ник, тот самый.
На полянке, окружённой соснами, вокруг старого дымящегося мангала сидели на раскладных стульчиках трое молодых мужчин. Одеты они были в цветные футболки с непонятной символикой, широкие пляжные шорты. Вокруг была разложена нехитрая снедь для пикника — шампуры, тарелочки, замаринованное мясо в кастрюльке и бутылки нижнетагильского пива.
На лицах троицы, скрытых под чёрными очками, читалась заинтересованность, смешанная с настороженностью. Двое из незнакомцев — Антон и Алексей — пожали руки Нику и Юргену, а третий, Павел, нанизывал мясо на шампуры, и показал подошедшим грязные ладони. Он был ниже их всех ростом и казался тихим и молчаливым.
— Берите раскладные стулья, располагайтесь, — сказал Алексей. Он был самым высоким, а из-за белоснежной улыбки и лакированной блестящей причёски походил на богатого клерка.
— Ну что, Ник, рады тебя видеть, — сказал Антон. — Не ожидали, что всё так интересно получится.
— Антон… Вы, случайно, не Рябинин? — спросил Ник, присаживаясь на стул.
— Угадал, — кивнул Антон, почесав небритый подбородок. — Фамилия не настоящая, но большинство знают меня именно под ней. Поначалу, когда мы только создали мир, было решено, что мы будем править по очереди, но потом мы отказались от этой идеи.
— Императором должен быть кто-то посторонний, не являющийся Автором мироздания, — добавил Алексей. — Ведь чем дольше мы находимся в мире, тем сильнее оказываем влияние. Также как и остальные Путники.
— Так вы тоже Путники?
— Давай по-порядку, — сказал Антон, похлопав себя по коленям. — Как ты знаешь, наш мир ведёт своё летоисчисление от две тысяча тринадцатого года. Однако этому предшествовало несколько десятилетий огромной, колоссальной работы, которую мы с ребятами проделали, по сути, втроём.
Павел тем временем закончил подготовку шашлыка, разложил шампуры на мангале и вытер руки о салфетки. Пожал руку Нику и Юргену.
— Вполне ожидаемый вопрос — как устроено то, что мы называем сетью реальностей, — продолжил Павел. Казалось, что монолог ведёт один человек, или трёхглавый змей-горыныч, настолько похожими были интонации трёх Авторов. — Мы тебя разочаруем — однозначного ответа на этот вопрос мы не можем дать. Мы — далеко не последняя инстанция, и есть личности и существа, гораздо более великие, чем мы. Мы властны только над теми мирами, которые создали мы сами. Но мы имеем некоторые соображения на этот счёт.
