И, народ «строем» отправился в столовую…
Следующий день прошёл примерно так же, но порядка уже стало побольше и, главное: у народа появилось хоть какое-то рвение.
Поэтому, свалив основной контроль за пахотой на Лузера я занялся сеялкой. Надо сказать, устройство довольно-таки примитивное, но что-то не работает… Провозившись с двумя «колхозниками» до обеда, я потихоньку начал психовать. Под горячую руку один из моих «подопечных» предложил сеять как в старину руками. Типа, он был лучший сеятель в их деревне… Я, в свою очередь, предложил дать ему в ухо…
Положение спас Громосека. Его «ученики» уже вовсю самостоятельно пахали на мотоблоке и, он освободился… Поковырявшись минут пятнадцать, Громосека гордо сообщил:
- Ну, вот и всё, а ты боялся! Палыч, я слетаю домой на полчасика, а?
- Слетай, слетай…,- вот же, блин!
Седина в голову – бес в мошонку…
- Ну, так я возьму твою «Хренни»?
- А, ты не охренел? Ладно, бери…
- Через часок приеду…,- уезжая, на ходу уточнил срок отлучки офуевший Громосека.
Вот так вот, помаленьку потихоньку всё и, налаживалось… В конце трудовой недели, в пятницу вечером, я выдал особо отличившимся по стакану водки и по банке тушёнки. Подросткам стакан водки заменил на банку сгущёнки. Народ на ушах стоял от счастья! Немножко остудил их пыл, приказав за выходные в каждом дворе устроить образцово-показательный сортир. Пообещал в воскресенье вечером проверить и наказать нерадивых, макнув их в собственное дерьмо. Культура, она ведь с сортира начинается!
За неделю прибыло ещё с десяток семей - хотя, поток «переселенцев» заметно иссяк… Видимо, прослышали в округе, какие порядки я здесь установил. Да и, новый урожай крестьяне собрали и угроза голода немного отступила… В основном, из вновь пибывших, были вдовы с малолетними детьми, которым терять было уже нечего. Одна из них сообщила о том, что похоронила своего умершего от голода и жажды ребёнка на полпути сюда. Пришлось одного мужика из бригады «БАМ» отправлять на телеге, с запасом воды, по тракту собирать ослабевших. К счастью, таких оказалось не слишком много…
Через неделю где-то - может чуть попозже, Порфирий Аристархович – мой «шпион» через «гонца» предупредил, и ещё через сутки - перед самым обедом, заявился становой пристав из Балахны. На коляске приехал и, с ним два полицейского урядника верхом. Я как раз находился на полевых работах с «членами корпорации»… После взаимных приветствий и оценивающих взглядов, он неожиданно спросил:
- Говорят, Вы тут у себя коммунию устроили Дмитрий Павлович?
- Чегой, это?
- Коммунию, говорят, Вы тут устроили… Исправник велели-с разобраться.
- «Коммунию», говорите? …Не знаю, что там за «коммуния» такая, где объявилась - а я устроил так, что у меня мужики пашут,- и, поднеся ко рту мегафон, я заорал,- работайте ниггеры, Солнце ещё высоко!
К тому времени подопечные Му-му научились пахать на закреплённых за ним лошадях довольно таки хорошо - ровно, прямо, не дёргая их… И, тому стало реально нечего делать. К тому же времени, у «пахарей» лопатами, от усталости иссяк энтузиазм - вызванный «пряником» в виде доппайка. И, даже «наркомовский» стакан по пятницам, уже не мог воодушевить их на ударный труд во имя светлого будущего - которое я им обещал!
Да! Устали «члены корпорации» капитально - силой и физической выносливостью, эти крестьяне - ещё не отошедшие от голода, в лучшую сторону не отличались… Вот мне и, приходилось их опять подгонять и, даже - кое-кого по новой бить. Ну, а что делать? Пахать то, надо…
Му-му - от нечего делать, тоже подключился к этому благому делу. Он, мрачно ходил за крестьянами и зорко следил. Как только, кто-нибудь начинал волынить, щёлкал кнутом в непосредственной близости от задницы провинившегося. Причём, так мастерски, что мог кнутом порвать штаны, не задев тела... Но, задница после этого с час чесалась! Ну, а уж если – в самых запущенных случаях, по самой заднице попадал… Жуть, короче!
При этом Му-му - в отличии от меня, не делал разбора между мужиком и бабой, взрослым и подростком… Боялись его – пуще огня!
Вот и, сейчас - услышав в моём голосе недовольство, он защёлкал кнутом… Работавшие «ниггеры» задёргались, как ошпаренные, втрое увеличив темп вспашки.
- Да у Вас тут, уж точно не «коммуния»!- удовлетворённо крякнул становой,- скорее, рабство египетское, какое-то…
Он внимательно, оценивающе посмотрел на меня:
- А рабство у нас в Империи запрещено, Дмитрий Павлович! Как и, у вас – в Америке…
- Какое, такое «рабство»? Я их держу, что ли?- искренне-удивлённо ответил я,- кому не нравится – пускай проваливает, я никого не неволю!
- Ещё говорят, Вы у них имущёство отбираете…
- Кто, я? Шутить изволите, сударь - какое имущество может быть у такой рванины? Вы только на них посмотрите!
