— Можете уделить мне несколько минут? — спросил он после взаимных приветствий. — Мы по вашему поручению дали задание послу в Бразилии организовать ваш разговор с президентом. Оно выполнено. Вас соединят с президентом через десять минут. Алексей Николаевич, пока меня еще не освободили от должности из‑за отсутствия отношений с соседями, хочу вам напомнить о необходимости эвакуации на родину персонала всех наших посольств и консульств. И долго с этим тянуть нельзя, многих, возможно, уже не вывезем.
— Я хотел для этого использовать «Ковчеги», но они освободятся только через три недели. Вот что, Алексей Павлович, завтра запросите через всех послов в Европе, кроме ГДР и Болгарии, разрешение на пролет малых десантных судов «Шторм». Разрешат — сразу же всех заберем, а если не разрешат, обойдемся без разрешения. Все равно они невидимы для радаров, а с этой теменью вообще никто ничего не заметит. А в Латинской Америке и Канаде всех заберем с помощью военных моряков. Там сейчас группировка наших кораблей. По остальным будем думать завтра.
— Сейчас будешь говорить с Бразилией, — сказала Лида, когда министр отключился. — Мне уйти?
— Если интересно, можешь послушать, — разрешил муж, — только пересядь подальше от камеры. Можешь забраться на диван, только не кашляй и не сморкайся.
— Что‑то ты сегодня явно не такой, как всегда, — заметила она, забираясь с ногами на диван. — Я от тебя уже давно ни одной шутки не слышала. Не скажешь в чем дело?
Загудел коммуникатор, и Алексей дал разрешение на связь. На экране возник пожилой мужчина, напомнивший Самохину его министра заготовок. Только усы побольше, и было хорошо видно, что он сильно устал.
— Приветствую сеньора президента! — обратился к нему Алексей. — Наш переводчик с португальского неидеален, поэтому я поставил испанский, вы не возражаете?
— Не имею ничего против, — ответил президент. У нас на этом языке говорят многие. Чем обязан честью общаться с вашим превосходительством?
— Скажите, вы еще контролируете страну? Этот вопрос связан с тем, что я хочу вам предложить.
— Контролирую и намерен контролировать впредь. Конечно, в отдельных местах возникают беспорядки, но было бы странно, если бы обошлось без них.
— Так получилось, что мы подготовились к случившемуся лучше других, — сказал Алексей. — Настолько лучше, что можем оказать им помощь, принимая к себе. Уже есть договоренность с Кубой и Японией, а скоро начнут привозить людей еще из одной европейской страны. Понятно, что взять всех мы не в состоянии. Прежде чем говорить дальше, может быть, скажете, что намерены предпринять? Мы долго готовились к чему‑то подобному и проработали разные варианты действий. Возможно, я вам смогу помочь советом.
— Мне бы сейчас очень не помешала более существенная помощь, — криво усмехнулся президент. — Но я понимаю, что в ситуации, подобной нашей, никто не станет разбрасываться ресурсами. Расскажите лучше свое видение того, что нас ожидает.
— Можно и так, — согласился Алексей. — Пыль рассеется через два года. Не вся, но будет светло. Температура воздуха будет падать. У вас, скорее всего, до морозов не дойдет, но все равно без теплой одежды, утепления жилищ и отопления вы не обойдетесь. Окончательно потеплеет через двадцать лет. Но это у нас, у вас это случится раньше. Значит, вы должны примерно пять лет обогревать жилища и пятнадцать лет чем‑то кормить население. Ваши леса скоро погибнут, потом настанет черед пастбищ. Зерна у вас мало для людей, скот вы им кормить не будете. Если просто взять под контроль все продовольственные ресурсы, вам их хватит на год, ну максимум на два, если урежете потребление. С имеющимися запасами у вас может выжить миллионов тридцать, остальные лишние.
— И что вы можете посоветовать?
— Если сумеете удержать власть и мобилизовать население, сможете его сохранить. Вряд ли все, но хотя бы половину. Будет очень тяжело и, скорее всего, старики и дети не переживут первый год. И не нужно мне напоминать, что на год у вас есть продовольствие, вам его придется растягивать надолго. Прежде всего, вам будет нужно много электроэнергии. Это свет и отопление для городских квартир и для сельскохозяйственного производства. В деревнях можно топить дровами. Нефть у вас, по–моему, есть.
— Есть, — кивнул президент. — Раньше мы ее экспортировали, сейчас почти не используем. Все электростанции работают на газе. Договаривались с американцами о постройке реакторов, но не сошлись в цене.
— Из нефти можете делать пищу для скота или кур, а для людей выращивать грибы и хлореллу. Если добавлять обычную пищу, жить можно. Подготовьте своих людей, мы их научим, как этим заниматься, и дадим рассаду. Мы все делаем под землей, но у вас гораздо теплее, поэтому можете просто строить деревянные дома. Все равно леса погибнут, так что их можно не экономить. У вас хорошо развитая экономика, поэтому реакторы построить сможете. Дадим вам полный комплект документации на английском и поможем с оборудованием, а дальше вы уже сами.
— И что вы хотите за помощь? — дрогнувшим голосом спросил президент.
