Кощеево седло полностью

А ну как по пустому следу скакали? – холодея, подумал воевода. А ну как тут всего десяток верховых коней с пустыми сёдлами гнали? А остальная дружина с Бранемирой вместях уходила на санях к Полоцку?!

Был только один способ проверить.

Буян Ядрейкович вырвал из ножен меч.

– А ну! К мечу, витязи!

Стрелы полетели, когда плесковичи споткнулись о заграждающие дорогу деревья. Стрелы свистели и визжали, густо летели между голых берёз и заснеженных ёлок, то и дело задевали ветки, сбрасывая снеговые шапки вниз. То один, то другой плесковский вой спотыкался и падал, окрашивая снег кровью, а впереди было ещё открытое место – поляна перед засекой. И Буян на мгновение усомнился, что сможет выгнать своих воев на это открытое место. Только на мгновение. Потом это мгновение прошло, сам наместник выскочил на поляну, загребая сапогами целые сугробы снега, а за ним следом врассыпную выбежало и его воинство – ни один не остановился, бросив своего вождя под стрелами полочан.

– Плесков! – выкрикнул Буян, бросаясь к засеке.

– Плесков! – кричала погоня, набегая. В конном строю на засеку не попрёшь, и плесковичи спешились.

Вълчко рвал тетиву, и стрелы одна за другой уходили в сумрак, наполненный лунным светом, туда, где на снегу шевелились, приближаясь, оружные люди – вои плесковского наместника. Полочане уже точно знали, кто именно идёт за ними по следу, и душу гридня переполняло торжество – он победил. Буян Ядрейкович поддался на его приманку, клюнул, и он, полоцкий гридень, поймал плесковского наместника, как жерёха на блесну.

Правда, за этот выигрыш ему, скорее всего, придётся расплатиться жизнью – с его неполной полусотней они даже в засеке против сотни, а то и двухсот плесковичей и новогородцев долго не продержаться.

Схлестнулись на засеке.

Сшибались со звоном клинки, рубили морозный воздух, трескуче ломались копья, дождём сыпались стрелы и сулицы.

Отбивая удары мечом и щитом, Буян Ядрейкович вскочил на поваленную кондовую сосну (двоим едва обхватить!) и мельком успел подивиться – и когда свалить-то ту сосну успели?

Долго дивиться было некогда. У самого лица стремительно мелькнул мечевой клинок – полоцкая дружина билась точно такими же мечами, что и плесковичи, длинными и двулёзыми, закруглёнными на конце. Рубанул в ответ, ощутил едва заметное сопротивление плоти клинку, и успел вовремя укрыться за щитом – падающее тело срубленного полочанина открыло его, и тут же в щит прилетело копьё. Ударило прямо в среднюю выпуклую пластину. С хрустом лопнула кожаная обивка, гулко лопнуло дубовое полотно щита. Буян отшвырнул щит, прыгнул с сосны вниз, на утоптанный снег.

Он внутри!

– Плесков! – гаркнул он торжествующе, вырывая из ножен на поясе кривой засапожник – негоже левой руке пустовать без дела.

Они уже почти победили! То тут, то там плесковичи вспрыгивали на засеку и прыгали внутрь полоцкого стана.

Он остановился на мгновение, снова оборотился, глянул на засеку и вдруг замер.

Ту огромную сосну валить долго. А ведь все остальные деревья – не меньше. Значит, полочане стоят тут давно! Зачем?!

Ждут тебя, – немедленно ответил он сам себе. – Зачем же ещё?

А значит, никакой княгини Бранемиры с ними и не было с самого начала!

Они провели тебя, – опять беспощадно сказал он себе. – Выманили, увели за собой в сторону от самого лакомого куска.

Рядом вдруг повалился только что влезший на засеку плескович – из спины торчала длинная чернопёрая стрела. Откуда-то со стороны леса прилетела! – мгновенно понял плесковский наместник, и тут же стрелы посыпались гуще, а от леса пронёсся отчаянный, срывающийся многоголосый крик – кричали совсем молодыми ещё голосами, мальчишескими, рвущимися:

– Всеслав! Всеслав!! Всеслав!!!

Засада!

Рыча от бешенства, Буян ринулся внутрь засеки, и перед ним словно из-под земли возник оружный полочанин – немолодой уже, с проседью в светло-русых усах, высокий середович. Серебряная гривна била по облитой кольчужным плетением груди, руки в рукавицах твёрдой жёлтой кожи крепко держали два одинаковых длинных меча, урманский круглый шелом с наличьем мешал разглядеть лицо, а то бы, пожалуй, Буян его узнал бы. Не так уж и много гридней на Руси, многие друг друга знают в лицо, хоть и служат разным князьям и часто бывает такое, что сражаются друг против друга.

С лязгом сшиблось железо, высекая искры. Лопнул оцел ножевого клинка – не сдержал засапожник мечевого удара – и стремительная серая смерть ринулась прямо в лицо плесковскому наместнику, ломая носовую кость, ноги подкосились и земля вместе с лесом встала дыбом, словно собираясь опрокинуться.

Серомаха подхватил господина левой рукой, не давая ему упасть, отмахнулся мечом, отбивая удар Чурилы, и почти тут же прилетевшая от леса стрела врезалась плесковскому старшому под ключицу, и он тоже повалился наземь, из последних сил и гаснущего сознания стараясь упасть так, чтобы тело господина легло поверх.