Кошки говорят «мяу» полностью

Кот, удобно развалясь в кресле, неторопливо вылизывал бок, изредка кидая на меня косые взгляды. То же самое он проделывал все время, пока мы кувыркались в койке — большого интереса не проявлял, а просто давал понять: у вас свое дело, у меня — свое, валяйте, если вам так нравится… На мой взгляд, конечно, слишком много возни и суеты, но это уже дело вкуса…

Рыжей на него присутствие тоже было совершенно наплевать, и вела она себя по отношению к нему точно так же.

… Я думал, после того раза она никогда больше не позвонит и уж точно, никогда не придет ко мне. Она позвонила. И пришла. Я думал, Кот будет вести себя с ней еще хуже, чем с остальными — исчезнет перед ее появлением, долго будет окатывать меня презрением после ее ухода, а может, не дай Бог, и пожелает разобраться с ней окончательно. Вместо этого он отколол такой номер, что я поначалу просто не знал, как себя вести и даже вызвал у Рыжей раздраженное удивление своей растерянностью, потому что…

Он улегся в кресло, явно не собираясь никуда уходить, и спокойно наблюдал, как я расстилал постель, как раздевался, как стоял в растерянности, не решаясь попросить его убраться и вообще не зная, как себя вести, потому что никогда раньше не сталкивался с такой проблемой. Потом он бесстрастно наблюдал, как раздевшись в ванной, в комнату зашла Рыжая, как она, не обращая на него внимания, раскинулась на кровати в своей любимой, бесстыже-наглой позе, как… ну, словом, все остальное.

В тот первый раз я нет-нет, да отвлекался на Кота (понятное дело, раздражая Рыжую), не понимая, что это значит, и немножко боясь, что он вдруг возьмет и прыгнет на нее, решив довести начатое в прошлый раз в коридоре до логического конца. А логика у них в схватке одна… Случись такое, я бы наверное даже испытал какое-то облегчение. Хотя и не очень известно, чем бы это кончилось, все в конце концов уложилось бы в знакомую мне, нарисованную мной самим схему, которая хоть как-то, пусть нечеткими и неровными штрихами, но все же давала приблизительное представление о кодексе правил его поведения. Однако… Ничуть не бывало.

Он принял ее, как объективно существующий факт. И спокойно дал понять, что этот факт его не раздражает. Конечно, ни в тот раз, ни в другие он не включил ее в список членов семьи — никогда первый не заговаривал с ней, не обращался к ней ни с какими вопросами — но когда она подошла к нему, он спокойно рассмотрел ее всю сверху вниз, а потом снизу вверх (там было на что смотреть), убедился, что я не обманывал его — что она и вправду настоящая рыжая — и равнодушно разрешил себя погладить. О мурлыкании, конечно, пока и речи не могло быть, этой милостью он даже меня баловал редко, но и без мурлыканья я был просто ошарашен… Как ошарашен был и ее поведением.

В конце концов, его укус у нее на ноге еще даже не успел превратиться в след от укуса. Кроме того, она вела себя с ним так, словно… Нет, не так, будто между ними ничего не случалось, а… Точно так же, как он. На знакомом ему языке она просто дала понять, что никогда больше не наступит ему на хвост, что приняла его прошлый урок, как данность, и — закрыла тему. Вежливо погладила, спокойно отошла, и… Вопрос был исчерпан, обе стороны пришли к согласию.

Я знал о кошках намного больше, чем она,

(вернее, так думал — тогда…)

я знал своего Кота, как никто другой, потому что в конце концов, он — мой партнер, но даже я не сумел бы так быстро и просто уладить с ним столь серьезный конфликт. Она же сделала это как-то вообще не по-человечески, а… По-кошачьи. И совершенно по-кошачьи ей было наплевать, что он смотрел, как мы…

Вообще-то в этом плане, ей всегда было на все наплевать. Она была блядью в самом прямом и точном смысле этого слова — блядью от природы, от Господа Бога, в натуре, чисто реально, чисто конкретно и как угодно еще. И трахаться она могла как угодно. И где угодно. И когда угодно и наверное, с кем угодно, впрочем, насчет последнего точно сказать не могу, поскольку логика рыжих (и некоторых не рыжих) и их принципы выбора партнера для меня так же понятны, как логика поведения марсиан.

Зачем, скажем, ей было снова приходить туда, откуда она в прошлый раз ушла, сильно хромая и со здоровой ссадиной на щеке? Зачем вообще встречаться со мной при богатом, красивом муже (кстати, и помоложе меня), и наверняка, многих других вариантах покруче? Ну, раз — по пьянке, второй — по инерции, а дальше?

Кстати, тот первый раз был какой-то… странный….

День не заладился с самого утра — сначала собачились с женой из-за перегревшегося тостера, потом я расколол свою любимую пепельницу, потом в подъезде, задев плечом за ржавый гвоздь в косяке двери, порвал куртку и… Черт знает зачем, поперся в гости к старой знакомой, собиравшей у себя какие-то посиделки однокурсниц.