Обязательными атрибутами празднования помимо выпивки и угощения были: ёлка, у которой можно сфотографироваться, Дед мороз, раздающий сладкие подарки, и диджей с песнями 80х-90х.
Учитывая, что доплачивать за стол нужно было только за взрослых, не работающих на фабрике, и детей старше десяти лет, для руководства удовольствие выходило недешевое, но это закладывалось в бюджет, и стоило каждого потраченного рубля.
По крайней мере, так считала Люба, что и сказала мужу.
— Мы эти ужины больше чем утренники в садике и школе ждали.
— Вы всегда всей семьёй приходили?
— Конечно. После смерти дедушки, мы везде вместе были. Таня считает, что у родителей тогда денег на няню не было, а я думаю, что деньги роли не играли. Всё равно никто не согласился бы сидеть сразу с тремя: ей, мной и карапузом Стасиком. Я бы точно не согласилась.
В общем, чаепитие получилось тёплым не только из-за горячего напитка. Разговор тоже вышел душевным, и новогоднее настроение появилось.
— Ёлку ставить не будем, а небольшой венок или веточку красивую присмотрю. Стол перед отъездом украсим, — решила Люба.
— Я мимо базара ёлочного иду, спрошу у них веточки.
— За неделю, пока нас не будет, иголочки осыпятся. Я про искусственные думаю. А ещё видела картинку, как с настоящими еловыми веточками букеты делают. В обычном цветочном такое вряд ли найти, нужно специально у флориста заказывать, — зевнула она и, пожелав супругу доброй ночи, ушла к себе.
Проспать всю субботу у Любы не вышло, но она всё равно проходила весь день в пижаме.
До обеда Стас ленился вместе с ней, а ближе к вечеру собрался и ушёл «по делам». Причём перед выходом он принял душ, надел брюки и свитер песочного цвета, подаренный её мамой и реально очень ему шедший.
Застёгивая тёплое пальто, Стас лишь бросил:
— Постараюсь не задерживаться.
Вернулся он через два с половиной часа. Продрогший и умиротворённый.
Какое свидание может так быстро закончиться? Даже один ужин без продолжения, учитывая дорогу, продлился бы чуть дольше.
Хотя Любин обед у Сергея тоже надолго не затянулся, но был богат на события.
— Ты замёрз. Чая с лимончиком налить?
— Спасибо. Сначала под душем отогреюсь, — отодвинул муж её заботу.
Ну и ладно. Не очень то и хотелось знать, куда он ходил. Как он тогда сказал? «Только мне не мешай»?
Хорошо. Не будет.
Воскресенье прошло в домашних делах и с вечерним посещением маникюрного салона вместе с мамой.
В этот раз Софья у дочери о делах не спрашивала, а сама рассказывала о младшеньких. Стасике, на неделе дважды приводившем домой Наденьку, и Иришке, которую не позвали участвовать в новогодней школьной постановке, и она теперь на всех обижена.
— А почему не позвали? Она рифмы хорошо запоминает и рассказывает с выражением.
— Потому это елка в начальной школе, все актёры из четвёртого класса.
Подготовив ногти, дамы Кошкины расстались до завтрашнего вечера.
Семейное дело называется семейным либо из-за того, что большая часть руководства носит одну фамилию, либо из-за того, что самый большой начальник передаёт своё кресло кровному наследнику.
Работников оно семьёй не делает.
Но новогодняя вечеринка действительно была скорее объединяющим праздником, а не каким-то скучным и официальным корпоративом. Пусть и проходила всегда дней за пять до Нового года, потому что и аренда зала в начале или середине недели выходит чуть дешевле, и народ совсем в разгул не уходит и последующие дни успевает ещё активно поработать.
Поэтому дети Кошкиных посещали эту вечеринку с родителями, пока им этого хотелось, а не до тех пор, пока их нельзя было оставить дома одних. Так последний раз Таня была там в тот год, когда ждала Вадима из армии. Стасик в семнадцать, Иришка будет ходить ещё несколько лет, а Люба перестала посещать мероприятие, став студенткой, но в прошлом году возобновила традицию, придя уже ни как дочка Кошкиных, а как жена Дубравина младшего.
Работу никто не отменял.
В понедельник супруги позавтракали и условились, что встретятся дома в шесть и вместе поедут на праздничное пати.
В идеале, жена хозяина могла бы взять отгул на вторую половину дня, чтобы в салоне навести красоту и вместе с ним радушной парой встречать гостей вечера.
Но ещё при Станиславе Викторовиче в коллективе сложился костяк активистов — современных Шурочек из фильма «Служебный роман», так что Дубравиным нужно было только башлять и сказать поздравительную речь, все организационные моменты решались без их непосредственного участия.
В квартире Люба оказалась первой, сразу же направилась в душ и к приходу мужа уже успела намазать волосы средством для создания локонов, высушить их надлежащим образом и нанести на лицо основу под макияж. Дальше она продолжила сборы в своей комнате, уступив ванную Стасу.
А чуть больше часа спустя благоухающая духами и туалетной водой пара, избавившись от верхней одежды, проходила в празднично украшенный зал в числе припозднившихся гостей.
