Кошмары из серы полностью

— Я люблю тебя, — прошептал он. Это прозвучало как прощание.

— Ты не сделаешь этого, Ларан. Ты не бросишь меня. Я прав… Внезапная тупая боль наполнила меня, как будто меня сбросили с высоты ста этажей, а затем протащили по улице. Моя спина уперлась во что-то твердое и липкое. Я сжала пальцы, но почувствовала лишь царапанье ногтей о камень.

Нет. Нет. Нет. Где он был? Я не отпускала его. Где был Ларан?

Мои глаза распахнулись, когда я согнулась, и приступ тошноты и головокружения наполнил меня.

— Эй, ты там…

— Успокойся, Рубс…

— Где он? — Прошептала я. Сломленная. Расколотая. Я повернулась к Мойре, и ее глаза закрылись. — Где он, Мойра? — Я зарычала, на этот раз громче. Сильнее. Мышцы моей груди снова сводило вместе, чем больше я говорила. Чем дольше я находилась здесь, тем больше кости и хрящи изгибались, меняли форму и соединялись заново. Но это был он, его потеря, которая наполнила меня так глубоко, так остро, что каждая боль, порез и перелом были ничем.

— Мне жаль, — сказала она. Ее глаза-пентаграммы наполнились эмоциями, когда она открыла их, чтобы посмотреть на меня. — Мне так жаль, Руби. Ларан… он… ушел.

Ушел. Ушел. Ушел.

Это зазвенело у меня в ушах, как последний гвоздь в крышку гроба, и я закричала. Моя голова моталась взад-вперед, пока я искала его тело на обугленных берегах Сада. Лилит исчезла, как и другие мои Всадники.

Но Ларан, он был мертв.

Я поползла на четвереньках, пробираясь по застывающей крови. Его прекрасной загорелой кожи больше не было. Его тело было бледным и лишенным тепла, его глаза смотрели широко открытыми и непоколебимыми даже перед лицом смерти. Хриплый звук вырвался из моего горла, когда я начала колотить его по груди. — Я говорила тебе не оставлять меня, — закричала я. — Я говорила тебе не уходить!

— Руби…

— Оставь ее в покое, — прошептал ей Джакс. — Она только что потеряла свою пару, остальных забрали, а Зверь у Лилит. Дай ей

немного погоревать.

Что они говорили, я не поняла. Они звучали далеко и туманно. Сквозь туман, который поглощал меня, плыло смутное чувство, когда я била его в грудь, кричала и рыдала.

— Пожалуйста, не умирай… Мне жаль… пожалуйста, не надо. Пожалуйста, не надо. Мне так жаль…

Мои слезы текли по моему лицу на его тело, смешиваясь с его кровью. Я просила и умоляла его, а когда это не сработало, я просила и умоляла за кого-то другого. Любого другого. Спасите его. Это было все, чего я хотела.

— Если есть кто-нибудь в этом мире или на том свете, кто может услышать меня, — у меня перехватило дыхание, когда началась гипервентиляция, и я захлебнулась словами, — спасите его, — всхлипнула я. — Это все, о чем я прошу. Верните его… обратно ко мне. — Слезы и сопли текли по моему лицу, горло перехватило от избытка эмоций. Я не знаю, что побудило меня произнести эти слова, но в тот момент я бы помолилась самому Богу, если бы он спас его.

— Ты звала меня? — спросила женщина. Ее голос звучал здесь странно. Слишком легко для тяжести потери, которую я испытывала. Я развернулась, прикрывая его своим телом, насколько могла.

Человек, которого я видела… — Ты…

— Морваен. Ты освободила меня, Дочь Ада.

Срань господня. Я действительно вызвала Благого в ад? Я попыталась разглядеть что-нибудь сквозь слезы, но мои опухшие веки затуманивали зрение. В пещере воцарилась тишина, как будто они только что осознали, что существо среди нас не было тем, кто ходил по этому миру очень долго.

— Почему ты здесь? — мой голос дрогнул, и черты ее лица смягчились.

— Вы призвали меня, миледи. Руна на вашей руке была активирована. О чем вы просите?

У меня перехватило дыхание. Был ли на самом деле шанс… Был ли это способ Вселенной сказать мне, что это еще не конец? Что это еще не конец…

— Спаси его, — выдавила я. — Мне все равно, что тебе придется делать. Просто спаси его.

По комнате прокатился шепот, когда Морваен опустилась на колени рядом со мной. В ее серебристых глазах было сострадание, когда она потянулась к человеку, которого я защищала даже после смерти. Я отползла в сторону, наблюдая за каждым ее движением, когда она начала рисовать.

Символы. Так много символов она нанесла ему на грудь. Его лицо. Его руки.

Воздух был наполнен магией, но на этот раз она не была темной или жестокой.

Как теплый ветерок в конце зимы, я почувствовала первый луч надежды.

Морваен потянулась ко мне, и я без колебаний подчинилась ей, когда она начала наносить те же символы на мою кожу. Она нарисовала оранжевые руны на каждом дюйме моей спины, в пространстве вокруг меня нарастала тяжесть, которая давила на меня.

В тот самый момент, когда ее руки оторвались от моей кожи, я почувствовала, как давление, которое сформировалось вокруг меня, ослабло. Воздух замер. Мое горло сжималось каждый раз, когда я пыталась сделать вдох, и когда перед глазами начало темнеть, я услышала это.

Биение сердца.

ЧАСТЬ II

ГЛАВА 14