— Придется ее содержать, — ответила Мелл. Чуть улыбнулась. — Здесь никто не станет пытаться отнять ее у меня. Но другие могут счесть ее легкой добычей. — Она с укоризной глянула на Эвана. — Вы, ребята, хорошо поработали с системой защиты. Мне, пожалуй, придется угробить миллион для ее замены.
— Можешь сдавать компьютерное время, — предложил Эван.
Она кивнула.
— У меня уже есть брокер на Марсе, который подыскивает для меня контракты. Здесь мало таких мощных компьютерных установок. Это ценный ресурс. К тому же Солнечный патруль выплатил мне наградные за данные Такавабары, так что и это поможет. Станция скоро снова начнет работать уже как ремонтная база и информационный центр. Дай мне год или около того.
Она искоса глянула на него.
— А ты? — сказала она. — Теперь ведь вы прославились на всю Солнечную Систему как сокрушители опасной националистической группировки.
Он расхохотался, хотя и не совсем от души.
— Знаменитость. Не будем, ладно? СП приписал все заслуги себе. Таково наше с ним соглашение, так что наши личные подвиги значения не имеют. — Он пожал плечами. — Но через неделю у нас появится очередное задание. Бог знает где.
— А есть возможность, что ты когда-нибудь оставишь свою работу? — спросила Мелл.
Эван чуть печально посмотрел на нее.
— А надо?
Она грустно вздохнула:
— Не знаю. Правда, не знаю. Сейчас в голове сплошной туман. Или был до последнего времени.
— У меня тоже, — сказал Эван. — Но что бы ни случилось, ты должна знать… это было потрясающе.
Она подняла взгляд и улыбнулась чуть-чуть, но у него от этого взгляда дух захватывало. Сейчас сердце тоже замерло. Но, когда оно снова забилось, Эван все понял и улыбнулся в ответ.
— И для меня тоже, — откликнулась она. — Может, мы еще встретимся.
— Может быть, — ответил Эван. В конце концов, между «может быть» и «никогда» или «невозможно» — целая Вселенная…
Они снова посмотрели на сумасшедшую команду, все еще поливавшую корабль самогоном.
— Думаю, — сказал Эван, — если мы сами не обольемся этим пойлом, то будем от этого запаха под мухой всю следующую неделю.
— Похоже на то. — Она огляделась, потом посмотрела вниз и подняла что-то, валявшееся рядом с распростертым телом Лейва-Турка. — Как вам этот аэрозольный баллончик?
— Не против, — ответил Эван и взял бутылку.
— А я знаю тут прекрасный непальский ресторанчик…
— Веди, — сказал Эван. — Но дело — прежде всего.
Вместе они подошли к кораблю и стали обливать друг друга самогоном.
Джосс О’Баннион напевал песенку. Вроде бы ничего особенного — только Эвана это чуточку раздражало. Джосс всегда пел что-нибудь мажорное, если, конечно, человеческое ухо могло в этом разобраться. И пел он обычно так громко, что стены их маленького корабля просто содрогались от эха. Эван подумал, что если бы компьютеры обладали ушами, то они у них уже давно завяли бы. И очень надеялся, что умные приборы все-таки этого не слышат. Ах, если бы и ему оглохнуть…
К тому же в детстве Эвана приучили к другим песням.
— Помолчи немного, а? — сказал наконец Эван. Это было уже сверх его сил. — Заткнись! Джосс!
Джосс высунулся из каюты, окинул взглядом рубку «Носухи», где в кресле за командным пультом сидел Эван.
— Тебе чего?
— Мне — тишины, — сказал Эван. — Что это за кошачий мяв?
— Да это «Капитан Скарлет»! Ты хочешь сказать, что никогда не слышал о нем? Это был…
— Думаю, кое о чем лучше не слышать никогда, — ответил Эван. — Впечатление такое, что ты там сворачивал голову цыпленку. Хорошо, что мы сейчас не на прямой связи, а то на Марсе подумали бы, что мы друг друга убиваем.
Джосс тихо заржал и протянул Эвану какой-то куб.
— А у меня еще есть вот такая штука.
— Это еще что?
— В космосе никто твоих воплей не услышит, — выдал Джосс очередное туманное замечание и снова исчез в своей каюте.
— Лучше бы никто не слышал твоего пения, — пробормотал Эван. Ответом ему был заливистый хохот и очередной хор из «Капитана-как-бишь-его-там».
Эван вздохнул и снова опустился в кресло.
