— У нас есть рыбка и покрупнее, — сказал он. — Честно говоря, местные нам мало чем помогут, поскольку большинство помогает либо из собственных корыстных целей — как Хелен Мэри, — или им просто все равно.
— Как Скотту Вирендра с дочкой.
— Да.
Они переглянулись.
— Нам не помешали бы лишние глаза и уши, — сказал Джосс. — Ладно. Выпустим их. Но прежде я покопаюсь в их машинах.
— Маячок поставишь?
— Легче легкого. Эти машины для добытчиков одновременно и жилища, и транспорт. Далеко без них они уйти не могут — или от них отойти. И они не допустили бы поломки. В этих машинах вся их жизнь. Мы можем до вечера туда слетать, прежде чем ляжем баиньки, и сделать необходимое.
Эван кивнул.
— Теперь, — сказал он, — скажи, как ты будешь объясняться с Лукрецией.
Джосс покачал головой.
— Именно так и буду. Подумай сам, неужели ты действительно считаешь, что эти люди тут замешаны? Честно?
— Пока нет, — медленно проговорил Эван. — Пока нет.
— Ну вот и ладушки. В этом случае Лукреции придется поверить нам. Мы тут, на месте — она далеко. И ситуация такая, что мы получили те полномочия, какие имеем.
Эван вздохнул.
— Я хотел бы подумать над этим немного. Но должен признаться, ты прав. Посмотрим, утро вечера мудренее. — Он замолчал, затем взглянул на Джосса. И тут ему пришла в голову жуткая мысль. — А ты не считаешь, что они на самом деле виновны в том, что ты им приписываешь? В смысле, помощь и соучастие в подлоге?
— А если мы их отпустим просто так, то будем способствовать разрушению бесценного археологического памятника. — Джосс отпил чаю и посмотрел на Эвана поверх края стакана. — А так мы уверимся, что люди, покупающие ничего не стоящие сувенирчики, именно безделушки и покупают. А не бесценные и невозместимые части марсианской истории, которую они даже и оценить не смогут, приобретая хрень вроде этой. Что предпочитаешь?
Эван закрыл лицо руками и застонал.
А утром снова была песчаная буря, но слабенькая, ветер дул не сильнее шестидесяти километров в час. От Телии новостей не поступало. Эван в мрачном настроении надел сьют.
— Готов? — Джосс вышел из своей каюты в УПЖСе.
— Почти. — Эван со щелчком пристроил на место шлем и, как обычно, проверил снаряженность сьюта. — Куда сначала?
— Думаю, в тюрьму. Потом…
— На деревню дедушке, — покачал головой Эван. — Должен признаться, что поиск никогда не был моим любимым занятием.
— Неужто? — спросил Джосс. Они выбрались из «Носухи» и закрыли ее. — Не знаю, у меня та…
Он осекся. На борту «Носухи» кто-то вывел большими красными буквами из пульверизатора: «Копы, валите отсюда!»
Эван приготовился к буре. Однако Джосс сказал только:
— Ха. Даже и на опознавательные знаки не очень-то похоже.
— Да уж.
Эван подождал еще немного, но гроза вроде бы не собиралась разражаться.
— Грубо работают, — хмыкнул Джосс и направился к офису шерифа.
— Ох ты, — сказал Эван и пошел следом.
— Конечно, — ответил Джосс. — Они же оставили нам образец почерка. Точно, без царя в голове ребята.
Эван осклабился.
В офисе шерифа они снова застали вчерашнюю молодую женщину из Планетарного Полицейского Департамента.
— Доброе утро, мадам, — сказал Джосс. — Как сегодня наши постояльцы?
Она посмотрела на Джосса с Эваном с выражением, которое недвусмысленно указывало на то, что, если их посадят вместе с остальными, она возражать не будет.
— Шумят, — ответила девица, отбрасывая с лица темные волосы и снова принимаясь за работу с ноутбуком. — Похоже, им не подали завтрак.
— Ах. А вы не посоветовали им обратиться в обслуживание на дому?
Она снова глянула на Джосса.
— Я сказала им, офицер, что не умею делать соус беарнез и если они хотя бы пикнут, то будут жрать на завтрак собственные ботинки. Могу чем-нибудь вам помочь, или вы тут просто так прогуливаетесь, чтобы сбросить вес?
Джосс еле заметно улыбнулся.
— Возможно, кто-нибудь именно так и думает, — ответил он. — Но эти люди просто не в курсе, а то знали бы. Итак, во-первых, мы сегодня намерены провести поиск. Хотите присоединиться?
— Если это приглашение, — ответила девица, — то спасибо, не надо. Я прислана расследовать здесь убийство, и моему начальству не понравится, если я буду разгуливать с приезжими знаменитостями в то время, когда должна собирать свидетельства и улики. — Слово «знаменитости» в ее устах прозвучало отнюдь не как комплимент.
— Ладно, — сказал Джосс. — Офицер… Стек? Найдете время — добро пожаловать. А сейчас нам нужно перекинуться парой словечек с джентльменами в задней комнате. А потом мы избавим вас от них.
— Слава богу! — произнесла Стек, впервые с искренней радостью. — Забирайте, когда вам будет удобно, — она протянула ему ключ-карту.
Они пошли в кутузку. Джосс открыл дверь и впустил Эвана первым. Тот отметил, что «джентльмены» выглядят после ночи в кутузке куда более помятыми, чем вчера. Не то чтобы с ними дурно обходились или плохо разместили, но у них был мрачный, встревоженный вид людей с нечистой совестью, которые просидели двенадцать часов под замком, обдумывая свои грехи. Он еле сдержал улыбку. Для их цели это было лучше некуда.
