Девушка путешествует по космосу. Среди далёких звёзд её ждёт встреча с инопланетянами, множество приключений и новый друг. Героиня стремится к своей цели, никогда не сдаваясь и преодолевая все преграды. И конечно же, главное в её жизни - любовь к Единственному и Неповторимому, любовь, которую она пронесла сквозь года.
========== 1. Пробуждение ==========
В детстве Кэтлин часто снились кошмары. Прямо напротив её кровати висели часы в виде кошачьей головы, и при каждом движении маятника в жёлтых глазах двигались туда-сюда чёрные зрачки. По ночам эти глаза светились фосфорным светом, что доводило маленькую Кэтлин до истерики.
Напрасно родители объясняли ей, что часов бояться не надо, потому что кошка там игрушечная, и напрасно упрекали дочку, что не ценит их подарка. Кэтлин боялась оставаться в своей комнате даже днём, а ночи превращались в сплошной ужас: она пряталась под одеяло с головой и часами лежала без сна, боясь, что кошка сойдёт со стены и усядется ей на грудь.
Хотя детство давно миновало, до сих пор она просыпалась иногда в холодном поту. Но сегодня ей приснилась не кошка, а что-то другое, нечто невыносимо страшное, что заставило её кричать, кричать и кричать.
Она застонала, дрожь пробежала по её телу. Открыла глаза: всё было как в тумане. Почему-то она лежала не в постели, а на полу. Первое, что она увидела, были мелкие белые шарики. А вот и пузырёк. Встала и прислонилась к холодной стене. Затёкшие ноги болели, на руках засохли капельки крови. С недоумением Кэтлин рассматривала свои разбитые руки — она ничего не помнила.
Не оглядываясь на рассыпанные шарики, пошла по коридору. Где-то здесь должна быть ванная. Кэтлин машинально открыла нужную дверь. Около получаса она держала голову под струей холодной воды, и это немного помогло — по крайней мере она поняла, что голодна. Проследовав на кухню — где находится кухня, она тоже безошибочно знала, — приготовила кофе и бутерброд, но несмотря на голод, смогла съесть лишь маленький кусочек. Ей показалось, что у еды горький привкус. Посуду мыть сил не было, и она побросала всё в раковину, а потом долго ходила по коридорам и комнатам, не находя себе места, и в конце концов легла спать на диване в гостиной. Сон пришёл мгновенно.
Кэтлин пять лет. У её ног прыгает пушистый белый комочек — щенок, которого подарила мама. Он такой чудесный, что девочка от радости на седьмом небе. Она поднимает щенка и целует прямо в мордочку, а он норовит лизнуть её языком. Вдруг в комнату входит отец: «Что за зверинец?» — вырывает щенка, распахивает раму и выбрасывает его за окно. Услышав визг, в дверях появляется мать: «Что ты себе позволяешь?» — «А ты что себе позволяешь?» — кричит в ответ отец, и под их ругань малышка начинает громкий рёв. «Прекрати, мы купим нового!» — утешает её мать.
Кэтлин двенадцать лет. Родители собираются в кино, мама в нарядном меховом манто пудрится перед зеркалом, отец раздражённо торопит её. Дочка просит взять её с собой, но мать строго отвечает: «Нет. Тебе рано смотреть фильмы об этом». Они уходят, щёлкает замок, и Кэтлин остается одна. Она включает свет, садится на диван в гостиной и долго-долго думает, что же это за такое таинственное «это», о чём ей рано смотреть. На память приходят недомолвки взрослых и загадочные перешёптыванья подруг, и воображение рисует пугающие картины, от которых холодеет кровь. В детскую идти страшно, и она ложится спать в гостиной, хотя и знает, что за это ей влетит.
Кэтлин четырнадцать лет. Единственный раз в жизни родители взяли её с собой на море, а она, как назло, заболела. И вот она лежит с температурой и пьёт лекарства, от которых только хуже, а за окном искрится море, в котором ей так и не довелось искупаться.
Несколько дней прошли как во сне. Она потеряла чувство времени, не могла ни на чём сосредоточиться — даже думать не получалось, она могла только есть и спать. Она знала, что с ней что-то случилось, но что — не помнила, а способность связно мыслить ещё не вернулась. Правда, она замечала округлые углы интерьера и другие странности, но ей было слишком плохо, чтобы обращать на это внимание.
Проснувшись как-то утром, Кэтлин почувствовала себя значительно лучше, чем накануне. И вновь ей бросились в глаза округлые углы комнаты. Коридор тоже был круглым. Нет, она явно не дома! Но где же тогда? Уж не стала ли она заложницей у бандитов? Решив не тратить время на мрачные мысли, Кэтлин занялась утренней уборкой, благо послушные механизмы были под рукой. Она почистила ковры и хотела смахнуть пыль с мебели, но пыли нигде не было. Раскладывая одежду в шкафу, поймала себя на том, что беспечно напевает песенку. Сложила в корзину вещи, предназначенные для стирки, и подумала: «Надо спросить у матери, что ей постирать».
— Ма! — громко окликнула Кэтлин, но никто не отозвался. Она снова посмотрела на круглые углы, и ей стало страшно.
— Ма! — опять крикнула она — и вдруг отчётливо осознала, что матери здесь нет.
