— Будем надеяться, что все будет хорошо, — Бьянки сама почти не верит своим словам, когда смотрит на Хибари и Хару. Этим двоим, наверное, хуже всех. Она даже не представляет как в таких условиях им, каким-то подросткам справится с такими травмами. — Ну, или хотя бы не так плохо…
Они все на это надеются…
***
Город был похож на картинку из фильма ужасов, где везде была тишина и пустота. Отчего сейчас казалось все таким умиротворённым — непонятно. Это умиротворение было не как всегда, приятное или тёплое — оно было обманчиво. И вроде бы все вокруг спокойно, но почему-то сердце чувствовало, что в этом безмолвии, которое можно было почти рвать руками, таилась опасность, словно зверь, поджидающий часа, чтобы напасть на свою жертву. То ли дело было в сером небе, с которого беспрерывно сыпался пепел, то ли в окружающей жуткой тишине, которую не разбавляли даже шаги, ступающие по мягкой уличной дороге, засыпанной пеплом.
Все трое уже прилично отошли от школы, и теперь с обоих сторон по улице стояли полуразрушенные домишки, с пустыми без стёкол окнами и поваленными где-то стенами. Какие-то дома и вовсе превратились в кучу строительного мусора. Другим постройкам повезло чуть больше, они остались стоять на своих местах, лишившись пары стен или только крыши, которая похоронила всякую надежду теперь войти внутрь.
Сейчас Тсуна откровенно не понимал, как такое может быть. Улица и все вокруг было усыпано светло-серым пеплом, укрывшим все белой вуалью. Это было просто нереально. Не находясь здесь, в реальном времени, а сидя дома, с книжкой с подобной иллюстрацией, он бы даже сказал, что это красиво.
Но, к сожалению, дома теперь не будет.
Старой привычной, немножко сумасшедшей жизни тоже больше не будет.
Но все же Тсуне не давал покоя этот бело-серый ковёр. Когда он проснулся, ему показалось, что на земле поверх пепла лежит иней. Однако сейчас, шагая по усыпанной бело-серой дороге, он отчётливо слышал, как под подошвой обуви хрустит, ломаясь, корочка белёсого покрывала.
— Вам не кажется это очень странным?
— Ты о чем? — Ямамото подошёл чуть ближе, теперь идя вровень с Тсуной.
— Я о пепле и инее. Разве может быть такое возможно?
— Чисто физически не должно, — Гокудера лишь вздыхает, переводя взгляд с темно-серого неба на дорогу, укрытую белым инеем с изредка видными участками пепла. — Да и ещё летом… — Тут он замолк, но через минуту полез в карман и достал зажигалку и сигарету. — Уж извините…
— Да ладно… — Тсуна в какой-то мере понимал его. Хаято как-то рассказал, что эта процедура его успокаивает, тем более от такой привычки тяжело избавится. И сейчас, когда тёплый никотин наполнил лёгкие, Гокудера чуть расслабился. Все трое хмыкают. Противный, раньше едкий запах дыма, теперь почти не чувствуется. Неужели вокруг стоит такой смрад, что сигаретная вонь, просто тонет в нем?!
— Далеко ещё до магазина? — Хаято не выдерживает и шаркает ногой по асфальту, поднимая клубок пыли и пепла.
— Нет. Мы должны быть скоро на месте… — Такеши на мгновение и про себя улыбается. Этот магазинчик хранит воспоминания, настолько тёплые и ещё живые, что эта реальность больше походит на сон. Он прекрасно помнит, как после матчей ходил сюда с командой, чтобы закупиться для вечеринки в честь победы. А ещё он помнит вкус апельсиновой газировки, которую он всегда покупал. Но перед глазами все так же расстилается пустая серая улица. И, кажется, так будет ещё очень долго…
Вскоре они приходят к небольшому магазинчику, который чуть было не пропускают. Тсуна поскальзывается на припорошённой пеплом вывеске, и только теперь они понимают, что на месте. Даже не верится, что хорошо знакомое место, может стать настолько неузнаваемым. Но на их удачу, небольшой домик выдержал катастрофу и ещё стоит, с целыми стенами и крышей. Только стекла из окон укрыты пеплом на земле.
— Итак… Давайте сначала подумаем, что нам надо найти… — Тсуна поворачивается к хранителям лицом, оставляя позади за спиной магазин.
— Думаю, сначала воду, — Такеши неприятно здесь стоять. Но разве он пришёл сюда не по делу? Значит, придётся засунуть свою неприязнь куда подальше.
— Из продуктов то, что долго не пропадёт. Неизвестно, насколько мы тут застряли. — Гокудера наконец выкидывает окурок и смотрит на своё небо. — Какие-нибудь консервы. Рыбу, мясо, овощи…
— Сладкое не берём, — Тсуна резко перебивает Хаято, и, пока в его голове крутится нужная мысль, продолжает. — Никакой сладкой газировки, лучше больше воды. Придётся ребятам обойтись без конфет, либо нам так еды не хватит.
— Слушай, Ямамото, что мы можем оттуда вытащить ещё? — теперь Гокудера поворачивает голову в сторону мечника.
— Одноразовую посуду, чай, какие-то салфетки наверняка, — он на мгновение поднимает голову, вспоминая, что там есть ещё, что может им пригодится. — Алкоголь.
— Что?! — Тсуна ошарашенно смотрит на дождь, но тут же переводит взгляд на улыбку своего урагана.
— Неплохо… Какой именно?
— Да зачем он нам?! — Савада топнул ногой и, наконец, привлёк к себе внимание.
