Пламя медленно гаснет, а материя всё не превращается в сгустки чёрного вещества. Наоборот рукоять вполне удобно ложится в ладонь, чуть холодит кожу, но не расплывается в пространстве. Такеши удивлённо осматривает оружие у себя в руке, всё никак не веря, что у него получился твёрдый предмет. Вот только насколько прочный… Он неуверенно разжимает пальцы и катана не падает, а висит в воздухе, наоборот, немного поднимаясь вверх, как он и ожидал
Ямамото берёт оружие в руки и вздыхает. С одной проблемой он разобрался, теперь осталось сделать так, чтобы катана могла упасть и соприкасаться с другими предметами. Он, вдруг, замирает, удивлённо смотря куда-то вперёд. Материя ведь не имеет гравитации, как и предметы, созданные из неё, значит им нужно придать недостающего свойства.
Мечник пытается сдержать улыбку и, сжимая в ладони рукоять оружия, вылетает из почти разрушенной гостиной.
— Кёя!
Только одно пламя умеет увеличивать гравитацию предметов, а если умеет увеличивать, то и придать, наверняка, сможет.
Пепел сдует свежий ветер.
Комментарий к Метеор 19. Никогда не поздно.
Кхм, автор боролся с депрессией, а на деле оказалось, что отсутствие интернета вдохновляет на написание новой главы. Вышло даже больше, чем я ожидала. Как дальше будут выкладываться главы, чёрт его знает, я запуталась.
Наслаждайтесь)
========== Метеор 20. Серый пепел и снег. ==========
Все в комнате молчат. На столе лежит тёмная катана, которая приковывает к себе внимание не меньше, чем тяжёлый взгляд Хаято, направленный на Такеши.
— Итак… Пока мы пытаемся, — ураган на секунду замирает. — Вчетвером разобраться с пламенем и взрывами, ты умудрился сам создать оружие из т-тёмной материи… Как ты вообще додумался использовать пыль?!
— Это он так злится или психует? — тихо спрашивает Киоко у Хару, когда голос подрывника срывается и звучит непривычно звонко.
— Психует… Потому что сам не додумался до этого. Я, кстати, тоже не додумалась…
Киоко настороженно окидывает подругу взглядом и отходит в сторону, ближе к брату. А то мало ли чего…
— Получается, при помощи пыли материя принимает твёрдое состояние, а с помощью моего пламени предмету можно увеличить вес и гравитацию. Всё вполне объяснимо и логично, — спокойно хмыкает Кёя, осматривая катану в который раз. Та оказалась очень острой и прочной. Настолько, что даже при соприкосновении с тонфами не треснула.
— А почему именно пыль? — интересуется Фуута, с восхищением глядя на необычное, по своей природе, оружие.
— Потому что пыль — это остатки метеорита, несколько изменённые пламенем тумана, и вполне нормально, что материя и пыль взаимодействуют, — тихо поясняет Хром, а после уже громче продолжает. — Если я добуду больше пыли, значит Такеши-кун, сможет создать больше предметов…
— Стоп-стоп-стоп! Мы не знаем других свойств материи, — немного взволнованно восклицает Хаято, перебивая девушку. — Без пыли она жидкая, это понятно. Пламя облака способно придать ей гравитацию и вес, а без этого она ни с чем не сталкивается. А, ну, ещё она холодная. Очень много информации, но мы не можем вот так…
— Ты забыл, что она выдержала, похоже, не самый слабый удар тонфами, так что, наверное, материя ещё и крепкая в своём твёрдом состоянии, — добавляет Хару.
— Всё равно, мы должны её больше протестировать: как она поведёт себя с другими видами пламени, насколько мощный взрыв выдержит, какова максимальная сила удара.
— Если мы всё это узнаем, то вполне можем начинать писать книгу «Тёмная материя и её особенности», — недовольно бурчит Миура, но тут же вздыхает. — Вот только кроме нас её никто не почитает.
В комнате как-то ожидаемо наступает тишина. Все вспоминают о границе, преодолеть которую просто невозможно. Вокруг них есть только пространство, наполненное серым пеплом и снегом, а также ограниченное чёрными дырами на земле и хмурым, беспросветным небом наверху.
— Хром, — тихо и неожиданно зовёт Хаято. — А ты проверяла, что находится выше пепельных туч?
Все удивлённо смотрят сначала на ураган, а потом выжидающе обращают своё внимание на обескураженную девушку.
— Нет, а что…?
— Хаято, ты что задумал…? — недоверчиво, но с лёгким интересом спрашивает Тсунаёши.
— Ну… Если материя окажется слишком хорошим, по свойству, веществом то… Можно создать корабль.
Становится слишком тихо. Настолько, что слышно дыхание каждого человека и, кажется, даже биение сердец. Никто и не шевелится, переваривая услышанное.
— Я, конечно, понимаю, что у нас тут всё находится на грани с научной фантастикой, но, Хаято, не настолько же… — хрипло выдыхает Бьянки, потому что знает, что теперь её брат долго не отпустит эту идею, если только его не отговорят…
— А это идея! — радостно улыбается Миура, хлопая в ладоши. — Если граница окружает нас только на земле, а небо у нас чистое, только немного прикрытое тучками, то мы можем спокойно мотануть вверх — в космос.
— Хром, натрави на неё змей, — мрачно говорит Бьянки, понимая, что двух идиотов, у которых несколько экспериментов увенчались успехом, теперь никто не станет отговаривать. Идиоты — все они.
