– Создатель это, вроде, как некий, неподвластный нашим органам чувств, нашему анализу, чистый разум. Но это не означает, что контакт невозможен, что его нет. Выглядеть он может как угодно. Хоть таким же как я. Создатель хочет встроить нас в единую цивилизацию, организовать для воплощения его проекта будущего, но используя наш разум и нашу жизненную энергию. Приобретя колоссальный багаж знаний, пройдя собственное сложное и длительное развитие до уровня непредставимого ни вам, ни другим здешним пришельцам, он оказался на грани погибели. И мы, живые существа – его шанс на выживание, его выстраиваемая защита от превосходящего противника, жаждущего погасить Око Создателя, свернуть всю обозримую Вселенную в несуществующее. Для того он и строит Города, чтобы ускорить здешнюю эволюцию. Ускорить процесс нашего встраивания в его защиту для её усиления. Поскольку ни у него, ни у нас нет времени на то, чтобы дать его для естественного и постепенного взращивания, вызревания разума до его полного раскрытия без искусственной стимуляции извне. Он, к сожалению, обладает одной особенностью, когда его собственная уже природа заставляет его в определённые периоды засыпать, и тогда очень часто всё идёт насмарку. И он всякий раз торопится всё обустроить так, чтобы и без его вмешательства цивилизация продолжала существовать в режиме настроенного автопилота. И всегда есть риск, что без разумного вмешательства, если случаются нестандартные скачки или отклонения, всё рухнет уже окончательно. Поэтому такая спешка, отсутствие плавных переходов там, где откровенная дикость смыкается с развитой техносферой. Когда человеческий разум бессилен объяснить очевидные не состыковки наблюдаемых явлений. Конечно, это разновидность насилия. Конечно, всегда лучше самим выбирать свои пути. Но может случиться так, что никому никто уже такого выбора не даст. Не считай, что я оправдываю Создателя. Что я на его стороне. Но я и слишком мало что знаю, чтобы давать свою безапелляционную оценку происходящим здесь явлениям. Кук тоже всегда настороже, он не верит в благие замыслы постороннего, условно инопланетного, разума по отношению к тем, кто стоит на несколько ином, иерархически нижнем уровне организации всех процессов во Вселенной. И Кук, и все прочие члены маленькой команды землян в данном случае с вами вместе и есть этот самый нижний уровень разумной организации. Но как противостоять? И необходимо ли противодействие? Ведь у нас только домыслы, гипотезы, одна нелепее другой. А у Создателя и мы, и вы стоим на его раскрытой ладони.
– Как же ты сказал, что кто-то хочет погасить Око Создателя? Как он может? И кто он? Супротивник?
– Именно противник. Враг. Метафизический враг жизни и света. Око Создателя – это центр управляющего воздействия на всех нас. Это источник нашей жизни. Создатель зримой, а также и незримой Галактики, в которую мы включены. Мы все структурно прошиты ею, а она нами, как её составляющей, жизненно необходимой всему целому частью. Ты же помнишь, как была изувечена твоя нога, в которой погибла и была деформирована часть составляющих её тканей и костной структуры, как это грозило тебе окончательной уже гибелью? А ведь твой мозг, прочие органы, вся в целом твоя душа, юная и полная надежд на будущее, были полноценны и способны на долгую и долгую жизнь. А она могла и не состояться. И вот воздействие на твой организм, без всякого твоего личного участия, со стороны пришлых разумных существ привело к тому, что тебе возвращено и здоровье, и это самое будущее. Можно ли считать это благом или злом? Если твоё соучастие исключалось из такого вот процесса?
– Конечно, это благо. Это милость Создателя мне. Но как же Сирень?
– Какая Сирень?
– Магиня Сирень. Разве не она посодействовала тому, что я была исцелена?
– Сирень, – повторил Фиолет, – женщина Кука из местных жителей. Кук – большой оригинал. Он о том мне даже не сказал. Если так, то пусть так и будет. Конечно, кто-то посодействовал.
Как долго они лежали, разговаривали, миловались, Ива не знала. Ощущения времени не было. Она без мыслей и всякой тяготы телесности в ощущениях, плавала в океане вселенской любви, в белом парном молоке окружающего её свечения и тепла. Она очнулась уже за пределами «Пересвета» где-то в тёмном дремучем лесу, как сказочная заблудившаяся девочка, которую вёл к светлому выходу прекрасный герой, спасающий её. Но она уже знала, даже находясь на территории непонятно чьего вымысла, что вместе с этим сказочным персонажем они не будут жить долго и счастливо всю последующую жизнь. Не будут никогда. И ей предстоит найти себе кого-то, кто его заменит. Уже в реальности.
Они с Фиолетом сели на поваленное дерево, о нахождении которого отлично знали. А в лесу была уже непроглядная темень. Закат померк, и только узкая светлеющая полоска где-то чадила у края беспросветной просеки.
– Хорошо, – сказал Фиолет, – тихо и никого в целом лесу. Только я и ты.