Шредер думал о том, чтобы вновь попытаться поймать детенышей хищников – очень маленьких – и решил, что такой план был бы глупым. Подобный поступок разрушит все, что было сделано для завоевания доверия хищников. Лучше было выждать, хотя время уже истекало, и найти какой-нибудь другой выход.
Наступила осень сто шестьдесят третьего года, и оба солнца заметно сдвинулись в южную часть небосвода. В эту осень у Шредера родился третий ребенок, девочка. Ее назвали Джулией, в память о Джулии из тех давних времен, и она была представительницей последнего поколения колонистов, которое родится в пещерах.
Начал осуществляться план постройки городка в долине, находящейся в миле от пещер. Вокруг предполагаемого городка начала строиться, защищающая его от единорогов, стена из каменных блоков. Дома должны были быть толстостенными, сооруженными из распиленного алмазными фрезами камня, с заполненным воздухом пространством между двойными стенами, в качестве изоляции от жары и холода. Чтобы дать колонистам дополнительную тенистую прохладу, над всеми домами предполагалось соорудить высокие и широкие навесы из стволов копьевидного дерева и, похожих на пальмовые, листьев медузообразного кустарника.
К этому году лесные козы уже полностью адаптировались и настолько одомашнились, что у них уже не было желания мигрировать с дикими козами. У колонистов было уже небольшое стадо прирученных коз, достаточное для того, чтобы снабжать их ограниченным количеством молока, сыра и шерсти.
С годами продвигалась вперед и адаптация единорогов, но приручить их никак не удавалось. По своей натуре они были раздражительными и вероломными, и только угроза копий в руках их седоков заставляла их работать. Свою работу они могли бы выполнять довольно легко, если бы не тратили каждый день столько усилий в попытках наброситься на своих хозяев и убить их. На каждую ночь их помещали в окруженный массивными стенами загон, поскольку они были почти так же опасны, как и дикие единороги.
Продолжалась медленная, кропотливая работа по изготовлению передатчика, а тем временем оба солнца перемещались по небосклону все дальше на юг. Переселение из пещер в новый городок произошло в сто семьдесят девятом году, в году, когда умерла жена Шредера.
Оба его сына были к тому времени взрослыми и женатыми, а Джулия, которой исполнилось шестнадцать лет, по рагнарокскому стандарту была уже женщиной. Она была голубоглазой и темноволосой, как и ее мать, ведущая свое происхождение из рода Крэгов, и поразительно прелестной в своем буйном и необузданном великолепии. Весной этого года она вышла замуж за Уилла Гумбольта, оставив отца одного в новом доме нового города.
Через четыре месяца она пришла к нему, чтобы гордо и возбужденно заявить:
– Всего через шесть месяцев у меня будет ребенок! Если родится мальчик, он как раз достигает нужного возраста, чтобы стать лидером, когда прилетят Джерны, и мы собираемся назвать его Джоном, в честь того Джона, который был нашим самым первым лидером на Рагнароке.
Ее слова вызвали у Шредера мысленный вопрос, и он подумал о том, что написал Дэйл Крэг, лидер, предшествовавший Лэйку:
– Мы выжили, и на свет появились поколения, которые, как думали Джерны, никогда не должны были родиться. Но мы никогда не должны забывать те качества, которые обеспечили нам выживание: непоколебимая верность и преданность каждого индивидуума всем остальным членам общества и мужество сражаться и, если необходимо, умереть.
Джерны могут появиться в любой последующий год. И не будет никого, кто бы нам помог. Те, кто оказались на Афине, стали рабами и, вполне вероятно, что к настоящему моменту порабощена и сама Земля. Мы выстоим или погибнем в одиночестве. Но если бы мы сегодня могли знать, что у тех, кто встретит Джернов, все еще будет мужество и преданность, сделавшие возможным наше выживание, то мы бы знали, что Джерны уже потерпели поражение...
На некоторое время эра опасностей и насилия осталась позади. Молодое поколение выросло в период мирного преобразования окружающей их среды. Появление Джернов разрушит наступивший мир – но не размягчит ли этот мирный период мужество и преданность молодого поколения?
Неделей позже Шредер получил ответ на этот вопрос. В то утро он взбирался по склону холма, возвышавшегося над расположенным внизу городком, когда заметил голубеющую вдали шерстяную блузку Джулии. Она сидела на склоне холма, держа на коленях раскрытую книгу. Рядом с ней лежало короткое копье.
При виде этой картины Шредер нахмурился. Основной период миграции единорогов на юг уже закончился, но часто попадались отдельные отставшие животные, которые могли появиться в любое время. Он предупреждал Джулию, что когда-нибудь единорог убьет ее, но она по своей натуре была отчаянной и беспечной девушкой и ее часто охватывало беспокойное настроение, когда она не могла выносить заточения в городских стенах.
Наблюдая за Джулией, Шредер увидел, как она резко вскинула голову, словно прислушиваясь к какому-то слабому звуку, и заметил какое-то движение среди деревьев позади нее – это был единорог.
