Но в импровизированном леднике у колонистов хранился небольшой запас замороженного козьего молока, достаточного для питания маленького Джонни, пока козье стадо вновь не начнет давать молоко. До того времени ему придется находиться на нормированном питании, но с этим ничего нельзя было поделать.
Джонни исполнился месяц, когда у колонистов Рагнарока появилась возможность заполучить себе желанного союзника.
Последние оставшиеся единороги уходили на север, а хищники уже давно закончили свою миграцию. Голубая звезда освещала ночную тьму подобно маленькому солнцу, когда подувший сквозь окно в комнате Шредера ветерок принес с собой отдаленный визг единорогов.
Он в недоумении прислушался. Эти звуки показались ему почему то неуместными. Все колонисты находились в безопасности внутри городка, большинство из них уже спали, и единорогам за городской стеной как-будто бы не на кого было нападать.
Шредер вооружился копьем и арбалетом и вышел наружу. Он прошел через восточные ворота и направился на звуки схватки. По мере того, как он приближался, звуки становились громче и яростнее, как будто битва достигала своего апогея.
Шредер пересек ручей и прошел сквозь деревья, растущие на его берегу. Там, на небольшой поляне, не более чем в полумиле от городка, он увидел следующую сцену.
Одинокий хищник сражался с двумя единорогами. Два других единорога лежали мертвые на земле, а позади хищника темной безжизненной массой лежал его мертвый собрат.
Хищник был весь в крови, казавшейся пурпурной в голубом звездном света, и в воплях атакующих единорогов звучало злорадство. Прыжки сражающегося хищника становились все слабее – последний отчаянный вызов уже умирающего зверя.
Шредер поднял арбалет и выпустил в единорогов град стрел. Их злорадные вопли затихли и они упали на землю. Хищник зашатался и упал рядом с ними.
Когда Шредер подошел к хищнику, тот едва дышал, но по тому, как он посмотрел на человека, Шредер почувствовал, что он хотел ему что-то сказать, что он изо всех сил старался не умереть, пока не сделает этого. Он умер со странной мольбой во взгляде, и только тогда Шредер заметил шрам на плече хищника; шрам, который мог быть сделан много лет назад ударом рога единорога.
Это был хищник, с которым Шредер повстречался девятнадцать лет назад.
Вся земля вокруг была истоптана единорогами, что показывало, что хищники целый день провели в осаде. Шредер подошел ко второму хищнику и увидел, что это была самка. Вид ее грудей говорил о том, что у нее недавно были детеныши, но она была мертва, по крайней мере уже два дня. Ее задние ноги были сломаны видимо прошедшей весной, и они так и не срослись до конца и были практически бесполезны.
Так вот почему эти два хищника так отстали от своих собратьев! Хищники, так же как волки, койоты и лисы на Земле соединялись парами на всю жизнь и самец помогал заботиться о детенышах. Самка хищника была ранена где-то на юге, возможно в схватке с единорогами, а ее супруг оставался с ней, пока она медленно ковыляла на север, и убивал для нее дичь. Затем родились детеныши и им пришлось остановиться. Потом их обнаружили единороги, а самка была слишком покалечена, чтобы сражаться с ними...
Шредер поискал взглядом детенышей, ожидая найти их мертвыми и растоптанными. Но они были живы, спрятавшись под корнями небольшого дерева возле их матери.
Детеныши хищников – и живые!
Они были новорожденные, маленькие, слепые и беспомощные.
Шредер подобрал их и его приподнятое настроение улетучилось, когда он посмотрел на них. Они почти неслышно попискивали от голода и слабо шевелились, пытаясь найти грудь своей матери и уже ослабев настолько, что даже не могли поднять своих головок.
Возле детенышей лежали небольшие кусочки свежего мяса, и Шредер подумал о том, какие должно быть чувства испытывал хищник, видя свою подругу, лежащую мертвой на земле и принося мясо своим детенышам, зная, что они были слишком маленькие, чтобы съесть его, но будучи не в состоянии сделать для них что-нибудь помимо этого.
И он понял, почему в глазах умирающего хищника было выражение мольбы, и что он пытался сказать ему: «Спаси их... так же, как когда-то ты спас меня».
Проходя с детенышами мимо лежащего на земле хищника, Шредер посмотрел на него и произнес:
– Я сделаю все, что в моих силах.
Придя домой, он положил детенышей на кровать и разжег огонь. Он не мог дать им молока – козы произведут на свет потомство только, по меньшей мере, недели через две – но, возможно, они смогут есть какой-нибудь суп. Шредер поставил на огонь воду кипятиться и начал мелко нарезать мясо, чтобы приготовить им наваристый бульон.
