– Всем отбой! – я потянул из пачки сигарету и "перещелкнул" изображение на своей половине экрана: серое с блестками платьице заметно сместилось вверх и открывало уже девяносто процентов самых красивых в мире женских ног… И маячком – ласковая смешинка строгих глаз. Сигарета смялась и просыпалась табаком меж пальцев. – Серега, внимательно на руле, и попробуй только потерять "Надежду" из виду!
Второй пилот отвлекся от наблюдения мерцающих багрово-красных дюз впереди идущего корабля, покосился на мой экран, улыбнулся Светке и успокоил:
– Не отпущу, если даже сами захотят оторваться.
– Тогда следующая станция – Юпитер.
"Взглянуть бы на космос снаружи"
До выхода из своей галактики мы летим не напрямую, а по параболе: огибаем Нептун, разгоняемся к Юпитеру и, крутанувшись разок на его орбите, "выстреливаемся" в межзвездное пространство со свехсветовой скоростью. Такой маршрут обеспечивает значительную экономию топлива, так как весь разгон происходит за счет естественной гравитации сначала Нептуна, потом Юпитера. Но здесь же кроется и неприятный момент: у землян появляется время перехватить нас на подлете к Большой планете.
За своей спиной давно слышу какие-то шевеления, смешки и перешептывания. Очевидно, экипаж расслабился и пытается собственными силами скрасить досуг. Нэлька и Леха, азартно жестикулируя, рисуют и стирают что-то на мониторе, чаеварка Слоник косится на экран и время от времени одобрительно похрюкивает. Из машинного отделения вывернулся Сашка, кивнул на мой вопросительный взгляд: "Все нормально, командир", – и подошел к ребятам.
Только теперь заметил участие в заговоре второго пилота Сереги: один его глаз следит за маршрутом, а "все существо", которым он обычно и выражает свои чувства и мысли, обращено к ребятам.
– Шеф, порули, я в туалет, – просительно настойчиво соврал Серега и, не ожидая согласия, вывалился из кресла.
Порой ощущаю себя безнадежным стариком рядом с этими мальчишками и девчонками. Разница в шесть-семь лет, но я еще переживаю и осмысливаю закончившийся бой и уже готовлюсь к новой схватке, а у них жизнь прекрасна и удивительна, – дружно и радостно готовят очередную проказу и заранее веселятся, предвкушая результат.
Леха, правда, мой ровесник, но умеет, черт такой, быть и двенадцатилетним пацаном и умудренным жизнью старцем. Сейчас изображает Сашку: на его лице туповатое недоумение сменяется тяжелым мыслительным процессом и завершается безудержной радостью. Все смеются, и я не могу не улыбнуться их веселью.
До Юпитера более трех часов лета. Есть время отдохнуть, поужинать и подготовиться к нападению. Теперь я совершенно уверен в его неизбежности. На рассвете стартовал космотрал "Добрый" с моим другом гарпунером Федором Боцманом на борту. Командование, взбешенное уничтожением космодрома, наверняка отправило ребят к Юпитеру кратчайшим путем, не считаясь с перерасходом топлива и наплевав на запланированную олигархами рыбалку. Военные умеют быть послушными и осторожными, но, если их взбесить, срываются, как собаки с цепи. Брутальные, блин, ребята.
Космотрал "Добрый" – страшное оружие. Олигархи тратили на него государственные деньги, и, следовательно, не скупились. Изначально предполагались путешествия на трале депутатов и министров, а задницы высокопоставленных особ нуждаются в супер-защите, мощнейшей вооруженной охране и высочайшем уровне комфорта.
– Алексей, – "боевое" обращение мгновенно стерло с Лехиного лица улыбку и переключило его глаза в положение "весь внимание". – Тебе не приходило в голову, что не все опасности остались позади?
Карий взгляд под черными густыми бровями мгновенно задернулся белесоватой пеленой, и я почти явственно различил, как замелькали названия папок и документов, одна за другой включались программы и распаковывались архивы – у парня чисто компьютерное мышление, только во много раз быстрее. Мне редко удается застать Леху врасплох, но, когда получается, с удовольствием наблюдаю волны и атаки "мозгового штурма".
– Считаешь, перенаправили "Добрый", а у нас в него даже стрельнуть нечем?
– В одном направлении думаем, но у нас есть человек-оружие, он же хакер, божьей милостью. Позволь душе размахнуться.
– Стоп-стоп. Попробую догадаться. Уже вник: ты от меня чего-то хочешь?
– Поражаюсь твоей сообразительности. Нужно войти в их компьютер, добраться до системы самоликвидации,… и ты уже можешь прекратить болтовню и начинать работать.
– Если слова – дела, то я уже работаю. Есть шанс, – я еще успел полюбоваться белесой пеленой, и Леха сорвался с места. – Сейчас попробую.
На свое место вернулся радостно возбужденный Серега, торопливо пристегнулся. Становится профессионалом парень: не пристегнутый летчик от малейшей перегрузки может вылететь из кресла и оказаться вне управления кораблем.
