По логике, крейсер "Мускулинос" сейчас методически обшаривает пространство от Альянса до Земли-2 и неминуемо вернется к своему погибшему напарнику. Если он не заметит "Надежду" за разбитым корпусом "Паруса", если у него отключена защита… Слишком много "если бы", но и шанса другого нет.
– Есть, – буднично, будто отвечая на мои размышления, ответил Леха. – Идут справа-снизу.
– Вижу, – я чуть тронул штурвал, заслоняясь от сканеров "Мускулиноса" корпусом "Паруса". – Наденьте скафандр на Сашку. К бою!
Мускулинос снижал ход, явно намереваясь стыковаться к обломкам, – уже смешно, и нам на руку: пока причаливают, успеем подобраться к выходному люку. Через стекло гермошлема улыбнулся Сашке:
– Любуйся на экран, брат, только не трогай ничего. – Сашка покивал радостно. В рожке Калашникова пять патронов, больше, чем выстрелов в бластере, и можно использовать как дубину. – Поехали. Федор, вперед.
Втроем вошли в шлюз и захлопнули за собой люк.
Нам удалось быстро миновать торчащие рваные листы брони и дыры в обшивке "Паруса", и в момент касания "Мускулиноса" оказаться у входа. Осмотровая группа крейсера не заставила себя ждать. Почти сразу показались из проема мощная голова и спина, очевидно парень обернулся пристегнуть фал – страховочный трос. Я не стал мешкать, выдернул детину из проема и подтолкнул вверх, в свободное и бесконечное плавание.
Под ногами дрогнула палуба "Паруса". Транспорт "Надежда" плавно снялся с места и, ускоряясь, пошел вперед; чертов промедол, Сашка-таки нажал кнопку запуска двигателя.
– Быстро в люк! – я дал очередь из Калашникова и нырнул в шлюз, Леха и Федор вскочили следом, захлопнули люк. Мускулинос задрожал, отправляясь в погоню за Надеждой.
Шлюз крейсера – просторный отсек, рассчитанный на одновременную высадку крупной штурмовой группы. У внутреннего люка застыл, подняв руки, крупный парень, другой, видимо сраженный очередью из автомата, лежал у его ног.
Быстрота и внезапность – наши союзники, и я без колебаний ударил десантника прикладом между гермошлемом и плечом. Парень рухнул на тело убитого бойца. Душевным терзаниям и угрызениям нет места в бою, а оставлять позади живых и боеспособных, значит закрыть себе дорогу вперед.
Леха и Федор, проскочив в коридор, торопливо блокировали наружными задвижками двери кают, кубриков, закрывали и запирали люки между отсеками. Я на руках скатился по перилам трапа, распахнул дверь в центральный пост и прижался к переборке, пропуская Боцмана. Краем глаза успел охватить картинку безмятежного спокойствия в отсеке: Светка и один из белокурых братьев-близнецов в креслах пилотов, другой стоит над Светкой и, поминутно сглатывая слюну, нагло рассматривает сверху глубоко декольтированную грудь,
Федор, успевший скинуть гермошлем, ворвался в помещение рычащим зверем, левым прямым расплющил нос стоящему верзиле и ударом ноги вышиб из кресла второго; наклонился к Светке, подхватил и поднял, прижимая к груди. Мне случалось испытывать блаженное состояние, когда женщина "таяла" в моих руках, но сейчас я мог только завидовать, – Светка, буквально, "плавилась" прижимаясь к Федору, сливалась с ним телом и душой.
– Федя, Федя, Федя, – только и повторяла, как заведенная.
– Капитан, – Боцман повернул ко мне затуманенный взгляд. – Я на минутку, только популярно разъясню девушке цели и задачи нашей мирной миссии и разрулю антагонистические моменты.
Не ожидая ответа ринулся в коридор и едва не застрял в дверях, не рассчитанных на одновременный выход двух столь нестандартных тел. Леха торопливо прижался спиной к переборке, насмешливо проводил взглядом влюбленную парочку:
– Андрюх, а тебе не кажется, что все Светкины выкрутасы и телодвижения своеобразная прелюдия любовных сношений с нашим искренним Боцманом?
– Чтобы встреча получилась горячей,… – через шумоизолирующую переборку из соседнего кубрика донеслись характерные вопли и стоны, монолитно устойчивый пол под ногами ритмично завибрировал. – Рядом с этими ребятами даже отшельник отдыхает: сбивают корабль с глиссады. Прав ты, Леша, но и обидно, – добиваясь страсти своего рыцаря, девочка имеет весь экипаж.
– Потомственная олигархиня, – засмеялся Леха. – Масштабы глобальные и никак не меньше.
На полу елозили, пытаясь подняться, братья-близнецы Гешка и Кешка, я кинул им наручники и указал на трубу проходящего над полом паропровода. Парни, поняв, что останутся живы, радостно приковались.
Леха уже "мудрил" над штурманским столиком.
– Ищи Сашку. Надеюсь не успел далеко удрать.
– Догоняем. Сейчас попробую наладить связь, – экран сенсосвязи зарябил диагональными полосами и высветил Сашкину физиономию за стеклом гермошлема. – Слышишь нас?
– Командир, Леха, – Сашка осветился улыбками. – А я думаю, куда запропастились? Полетел искать.
– Сейчас пристыкуемся.
– Я помогу.
– Александр, если можешь двигаться, свари кофе.
– Есть командир.
