— Не должен, — ответил мужчина с косой. — На нем намордник и шлейка. Вообще он спокойный, но у меня недавно, так что я не знаю, — пожал он плечами.
— А как его зовут? — Элвис отхлебнула какао.
— Никак, у него нет имени. Я даже не знаю — мальчик это или девочка.
— Давайте назовем его Сашенька, в честь одной красивой девушки, с которой я сегодня познакомилась.
— И что Сашенька тебе сделала? — развернулся мужчина ко все еще сидящей на барной стойке девочке.
— Да так, — отмахнулась Элвис, словно речь шла о пустяке. — Тем более, что имя Сашенька подойдет как мальчику, так и девочке.
— Действительно, — усмехнулся мужчина. — Мне два по сто в один бокал и безо льда, пожалуйста. Сейчас я выпью, Сашенька, и пойдем домой, знакомиться с семьей. Мне его всего полчаса назад один плутоватого вида мужичонка продал. У него еще костюм такой странный был — темно-бордовый с узором из танцующих черепах.
Мужчина взял бокал и стал медленно, не отрываясь, пить. В это время крокодил произносил странные звуки, чем-то похожие на осмысленную речь, но из-за намордника совершенно непонятную. Допив, мужчина с косой расплатился и пошел на выход, неся подмышкой болтающего лапами крокодила Сашеньку.
Заяц подошел к стойке и улыбнулся. Один передний зуб у него был сломан.
— Как я его? — спросил он у Элвис, но косился то он на всех присутствующих рядом со стойкой. — Из-за него меня в тюрьму упекли. Боксер недоделанный. Кстати, я только что слышал на янгавальном крик о помощи. Сюда янгавалец не заходил?
Несколько человек возле стойки переглянулись между собой и рванули из бара. Остальные глянули на лежащего на полу Чморански. На боксере был костюм темно-бордового цвета с узором из танцующих черепах.
— Сюда заходил мужчина с крокодилом, — бармен придвинул к зайцу большую кружку темного пива.
— Ну, правильно, — сделав глоток и почмокав губами, сказал заяц, — янгавальцы ведь рептилии, а в раздетом виде некоторые их виды напоминают ваших крокодилов и ящериц.
Все, кто слышал разговор зайца и бармена, переглянулись между собой. Несколько человек встали и, подхватив под руки, вынесли тело Чморански из бара.
— Элвис, спой, — заорал на весь бар тот самый прохожий и опять пустил мыльные пузыри. — Спой! Спой!
И вот уже весь бар скандирует: «Спой!» Заяц забрал у девочки пустой стакан и понес ее в лапах на сцену возле противоположной стены бара.
— Давай, Элвис, песню другую и мы сделаем счастливыми кучу народа, — с азартом в голосе и, вращая сумасшедшим глазом, сказал заяц.
— Я не могу, — девочка заставила зайца нагнуться и прошептала в ухо. — У меня вообще нет слуха. Я та самая Элвис, которая без слуха, понимаешь? Поэтому родители на мне так экономят. Я… Я ненужный ребенок, — всхлипнула Элвис. — Вся семья поет, а я единственное, что хорошо делаю, это придумываю новые миры, где все хорошо, где есть родители, которые меня любят. Брат, который не бьет и не крадет мою еду, не ломает подарки и не рвет книжки. Я не умею петь. Может меня не украли как антиквариат, а продали. Или отдали насовсем. И меня никогда-никогда не выкупили бы из тюрьмы.
Заяц поднял голову, и его сумасшедший глаз встал на место и посмотрел на Элвис.
— Знаешь, что мы с тобой сейчас сделаем? — девочка потянулась к зайцу, словно поняв, что сейчас тот озвучит план на ее спасение. — Я скажу, что ты поешь в технике битбокса, в новом его виде — «астматический кашель», и ты прокашляешь какой-нибудь текст. Песню какую-нибудь помнишь?
— «Ямщик, не гони лошадей», — кивнула Элвис.
— Я объявлю, что ты поешь свой новый хит — «Умирающая лошадь». Умирающие животные — неубиваемая тема, слезу выдавим, как пасту из тюбика. А потом я отвезу тебя в сказочное место, ты придумаешь себе планету, родителей, брата, и все будет хорошо. Только сейчас давай, прокашляй песню. А слух, да у большинства певцов нет ни голоса, ни слуха, но ведь поют.
Элвис улыбнулась и кивнула, смахнув набежавшие слезы.
— А сейчас дамы… — вышел к микрофону заяц, но его тут же перебили.
— Здесь дам нет! — выкрикнули из зала.
— А и ладно, — махнул лапой заяц, — сейчас перед вами выступит Элвис Джуниор в модном жанре, завоевавшим уже пол галактики — битбоксе! Техника — астматический кашель. Не слышали? Сейчас услышите! Встречайте! Последний хит, только вошедший в чарты галактики — «Умирающая лошадь!»
Заяц выставил микрофон так, чтоб Элвис в него свободно «пела» и шепнул ей на ухо:
— Что ты ненавидишь сильнее всего?
— Пенку от молока и грязные носки брата, — скривилась девчушка.
— Вот представь себе, что тебе надо или понюхать братовы носки или съесть пенку от молока.
Элвис закашлялась, и заяц соскочил со сцены и понесся в бар.
— Это хит, мужики, сейчас услышите. На Тау Кита от него падают в обморок, — вполголоса проговорил он.
Элвис на сцене кашляла вовсю. Иногда замирала, трагично закатив глаза, а потом, скривившись, выдавала новую порцию кашля. Иногда казалось, что ее вот-вот стошнит. Замершая публика не сводила с нее глаз.
— И вот сейчас… Слушайте… — шепотом сказал заяц, но так, что его услышали все.
Элвис истерично всхлипнула, кашлянула и упала на колени.