Как и ожидалось, поспать мне нормально не дали. Через три часа вышел из гипера пират-одиночка на тяжёлом крейсере, удивился творящемуся в системе беспорядку, заправился и улетел дальше. Потом мне дали поспать аж шесть часов, пока не появился работорговец на среднем, хорошо вооружённом транспорте. Прошла та же процедура, только в этот раз корабль на заправку не вставал. Следующие шесть часов я спал нормально и проснулся уже сам.
Принимая душ в бывшей каюте капитана, а теперь моей, я связался сначала со станционными искинами, а потом с корабельными. Станционные сообщили, что ещё три модуля готовы к сворачиванию, закончена штатная процедура подготовки, а потом пожаловались, что складской модуль набит до отказа товаром и они не знают, куда девать хранившиеся там вещи. Пришлось поломать голову и отправить запрос корабельному искину. Оказывается, у нас достаточно средних и больших контейнеров, которые вполне можно нести на внешней подвеске. Я приказал отправить все эти контейнеры на складской модуль, где около сотни ангаров, принадлежавших разным хозяевам. Теперь они будут потихоньку освобождаться, пока модуль не будет готов к сворачиванию в транспортное состояние.
Сам «Берглут», как я уже говорил, со стороны напоминал кашалота. Его трюм раскинулся от носа до двигательного отсека через весь корабль. Жилой модуль, рубка управления, реакторный отсек и отсек с гипердвигателем были над ним, так сказать «на спине». Два модуля сложили на носу, там была лёгкая гравитация, а в сторону центра трюма плотно, рядами, начали укладывать оружейные и диспетчерские платформы.
Пространство около корабля, куда пилоты ботов сгружали доставленные от оборонительного пояса платформы, очистилось, практически все платформы уже находились в трюме. Комплексы работали с опережением графика. Это всё, что было сделано, пока я спал.
После душа я надел свой инженерный комбез и поспешил с корабля на территорию станции, в ту часть, где ещё действовала система жизнеобеспечения.
Пока всё шло нормально, однако стоял вопрос с бывшими обитателями станции. С рабами я уже договорился, и они за свое освобождение работали нормально. Но что делать с пиратами и работорговцами?
Двигаясь по жилому модулю к общему залу, где находилась тюрьма для бывших обитателей «Ламии», я вызывал всех бывших рабов. Даже пилоты вернулись на станцию, оставив свои челноки и боты на единственной действующей лётной палубе. Там, осмотрев всех, я спросил:
– Что будем делать с пленными?
– Казнить, – вышел вперёд рослый пожилой мужчина, ранее бывший техником в среднем доке. – У меня сына казнили, выкинув в открытый космос, предлагаю сделать точно так же. Тем более, среди пленных я видел тех, кто его казнил, двоих – точно.
– Да-а! – поддержали мужчину остальные.
– Вы возьмёте на себя эту работу? – прямо спросил я.
Тот стушевался на несколько секунд, после чего прямо и твёрдо посмотрел мне в глаза и кивнул.
– С удовольствием.
– Мы не можем отпустить захваченных пиратов и работорговцев, единственный выход – физическая ликвидация… но выкидывать в открытый космос, я считаю, слишком жестоко, – добавил я.
– Как они с нами, так и мы с ними, – неиствовала толпа. Бывшие рабы жаждали крови.
Я стоял и смотрел на рабов. Перекошенные яростью и злостью лица, открытые в безумном крике рты, горевшие ненавистью глаза. Похоже, местные так обращались с рабами, что те это помнили до сих пор, и чувство мести у них не прошло.
Оставив того техника старшим, я направился обратно на корабль. Вставать между пиратами и толпой рабов я не собирался, тем более что бывших соотечественников мне было не жаль, нормальных людей там не было.
Вернувшись на борт транспорта, сел за столик и активировал экран визора, получая на него картинку с кормовой камеры «Берглута», с которой было видно и лётную палубу станции. Там уже появилась толпа бывших рабов и пиратов.
Когда через защитную плёнку палубы в открытый космос начали вылетать первые тела живых людей, я не отвернулся, смотрел на этот акт мщения до конца. Наболело у людей. Пираты, оказавшись в вакууме, недолго конвульсивно дёргались и замирали, уже навсегда.
Когда в космосе оказалось больше ста человек, я вздрогнул, – одно из тел долетело до транспорта и ударилось о борт. Мне вдруг резко захотелось напиться.
– Авдей, – позвал я искина.
– Слушаю, командир.
– Активируй кормовые турели ПКО. Уничтожь тела, что летают с той стороны у станции. Проведи кремацию.
– Приказ принят, приступаю к выполнению, – отозвался тот и затих.
