– Вон он у входа, в боксе находится, – ответил капитан и, сбегав за коммуникатором, принёс флотский бокс для военных коммуникаторов. Нажав на активацию, я сунул руку в образовавшееся отверстие и через минуту после нескольких уколов вытащил обратно. На руке у меня был браслет с пятаком коммуникатора. Со стороны он напоминал обычные наручные часы.
На ходу активировав и настраивая под себя, я направился следом за Гином к шлюзовой. За дверными створками медсекции, оказалось, находилось четыре моих гвардейца в полной штурмовой броне и с тяжёлыми излучателями в руках, они сопроводили нас к челноку. Без гвардейцев я теперь и шагу ступить не могу. Ничего не поделаешь, положено, как-никак боевая операция.
По прибытии на специализированный штабной корабль я даже не стал лезть в это разворошённое гнездо, все были заняты, поэтому выслушал доклад полковника Руссо, недолго понаблюдал, поражаясь пяти офицерам-аналитикам, что обрабатывали огромный поступающий массив информации и мгновенно реагировали на внештатные ситуации. Оборону станции фактически удалось проломить. Шесть противоминных тральщиков вскрыли минное поле, проделав четыре прохода, и сейчас через них шли десантные боты под прикрытием истребителей, штурмовики работали у станции, а перехватчики на краю системы, перехватывая беглецов. Таких было всего двое. Двенадцать линкоров, что непосредственно участвовали в этой операции, с дальних дистанций разбивали всё. Ещё несколько линкоров контролировали границы системы, отстреливая случайные суда, что совершали промежуточные прыжки. Нам свидетели не нужны, даже если это экскурсионный лайнер или пассажирское судно. Работали по жёсткому варианту. После того, как республика была захвачена империей и директоратом, что ещё ожидать от нас?
Вся система была перекрыта не только боевыми флотскими подразделениями, но и разнообразными глушилками. То есть никто в империи Люмер не знал, что тут происходило. А происходило важное событие, одна из трёх верфей по производству станций, что находились на территории империи, подвергалась нападению и захвату. Более того, я и вывезти её планировал, не зря в соседней системе находился караван из двадцати трёх тяжёлых транспортов, подготовленных для вывоза всего оборудования верфи, включая её саму и станцию. С учётом того, что у люмерцев эта верфь была единственная шестого поколения, удар по ним был серьёзным. Сама эта верфь ранее находилась на складах флотского резерва республики Шейн в свёрнутом состоянии как госрезерв и, видимо, была захвачена люмерцами и её перепродали «Гикону». Или это постарались корабли корпорации, у них был свой боевой флот рейдеров. Они вполне на уровне участвовали в боевых операциях совместно с флотом Люмер, подчиняясь ему.
В общем, пронаблюдав на экранах, как два десантно-штурмовых батальона берут на абордаж станцию, а отдельная рота спецназа саму верфь, её модуль управления и реакторную, довольно кивнул и направился к выходу. Всё шло по плану и что делать офицеры знали отлично. Не стоит стоять у них над душой, если будет что серьёзное, меня известят.
Как только верфь станет нашей, дальше будет работа для инженеров. Я смог нанять всего шестерых специалистов станционщиков. Деньги за работу они брали огромные, но они сократят время сворачивания верфи и погрузки её на транспорты. Один бы я месяца два возился, а с ними мне требовалось дней семь, максимум восемь. Вот такие дела. Но пока работали военные, я решил отдохнуть.
Вернулся на «Кашалот», где находился временный экипаж транспорта, который им управлял, пока я виртуально был клоном, саботируя работу в конструкторском отделе верфи, а также два десятка гвардейцев моей охраны с их командиром капитаном Гином. Вот и все пассажиры.
Так вот, вернувшись на борт, я коротко поздоровался с двумя членами экипажа, это были мои люди, подданные, наёмники располагались на других кораблях, и, оставив охрану снаружи, двери в мои апартаменты всегда охраняли две гвардейцев, только у Гина был свободный вход, прошёл внутрь.
Я сперва принял контрастный душ, после чего направился в бассейн. Получасовое пребывание в воде помогло, я полностью вернул управление телом под свой полный контроль, и особых заскоков больше не было. Не шатало, и голова не кружилась.
Накинув халат на мокрое тело, я прошёл в спальню и лёг на своё роскошное ложе. Похоже, я ещё не отошёл от эффекта использования чужой капсулы. Так как мысль о Малии, что осталась на «Шейне», как мелькнула, так и пропала. То есть женщину я не хотел, но, надеюсь, это ненадолго.
Пока было время, то краткое мгновение перед чудовищными нагрузками по сворачиванию верфи, а работать придётся под стимуляторами, кратковременно, буквально на час ложась в капсулы, чтобы снять усталость и последствия приёма стимуляторов. Так вот, пока есть время перед началом работ, я начал вспоминать, как оказался в такой ситуации.
