Посередине зашифрованного текста виднелась пара крохотных, два на два сантиметра фото — всё также напечатанных ручкой-принтером и состоящих из едва заметных ровных полосок. Роман вгляделся сам и сунул их под нос Семёну. На одном было лицо мужчины в роскошном расшитом плаще, на втором — нос катера с опознавательными знаками.
Роман выразительно посмотрел на Семёна.
— Он же там действительно вторую собаку съест. А вдруг у них с этой шавкой — того? Семья и любовь? Не хорошо будет. Надо тебе собираться.
— Всё бы вам шуточки шутить. А на фото кто?
— Сейчас поищем.
Инспектор ещё раз поднёс фото к камере терминала, поставил фильтры «бессарабцы», «ныне живущие» и «известные» и запустил поиск соответствий по базе. Терминал пискнул и показал четырёх человек. Эстрадного певца и шоумена Станислава Киуреа, его старшего брата, менее известного архитектора, мэра макрорайона Львова Сергия Димитру и, наконец, воеводу-полковника Игната Ионеску. Роман открыл биографию последнего.
— Пятьдесят лет, военная операция против эскадры Челябинска, подавление мятежа в Астане, рейды во Внешнюю Монголию… Сейчас руководит депортациями. Слышал я о нём… Ещё пара тёмных делишек за ним. В общем, накормил я тебя плотно, прихватишь пару сухпайков и нырнёшь.
— А чего вы ему просто сосисок не скинете? — испугался Семён.
— Пробовали. Гриб не возьмёт. Плотоядник схарчит и грибу ничего не передаст. Собака, считай, умная, вот гриб и решает, что надо её разум сохранить и в соседнем плодовом теле воссоздать. А всё остальное проходит как амуниция.
Семён на миг задумался — а достаточно ли он умный, и не получится ли так, как с сосисками? Даже захотел на всякий случай спросить, но замотал головой. Раз он засомневался и понимает, что вопрос достаточно глупый, значит, разум есть. Да и проверку шлемом прошёл. Вместо этого спросил:
— Чего тогда вы кристаллы или другие носители между собой не таскаете? Бумага как в позапрошлом веке.
— Это даже не позапрошлый век. А почти тысячелетие назад. Кристаллы пробовали пересылать, там бывают ошибки при воссоздании, и не читается потом. И печатать их в полевых условиях долго. Видимо, принтоны, которые в грибе обитают, не заточены под двоичное кодирование. Пробовали многослойную плёнку, кубитовую память, флэш-память даже какую-то — никогда о них не слышал, ничего не подходит. Оптические диски, говорят, научились печатать, но у меня такой технологии нет. Да и то, структуру сохраняет, а электроны… В общем, только напечатанная бумага. Хорошо хоть шифровать и сжимать текст научились. Потому и электроники по минимуму передаём.
— А меня научите шифровать?
— Одевайся иди! — прикрикнул Роман. — Я тебе форму уже подготовил. С рюкзаком. В раздевалке лежит.
Семён послушался. Форма тёмно-зелёного цвета, отдалённо похожая на его сантехнический комбинезон, имела армирующую сетку и оттого облегала кожу не совсем идеально. Слегка жало в бёдрах.
— Это не страшно, — сказал Роман. — Главное, как выберешься и доберёшься до бункера — прицепи вот сюда и вот сюда — процессор, браслет и генератор голограммы. Ну и плащ интеграционный. Если вдруг никого не будет, поиск по дому должен помочь.
— Что значит — доберёшься? Там разве, это, такой же дядька с роботом не будет?
— Должен. В этом-то и твоё первое задание. Найти Викентия и перейти к нему в подчинение. Если его не съела та вторая собака. И если парк не снесли.
Роман достал с полки два небольших чёрных устройства и вставил в прорези на костюме. Показал пару функций — как вызывать меню, стрелять парализатором, включать оптический зум.
— С остальным разберёшься позже, — сказал он и отключил устройства. — Обучишься на месте.
