Космогонические мифы полностью

Таково поэтическое впечатление от одного из многих различных мифов о разделении неба и земли. Психологическое значение легко понять, если мы отнесемся к этому пренебрежительно или поверхностно, потому это для нас очевидно, что каждый психологический процесс основан на паре полярных противоположностей. Это действительно основная идея Юнга, та новая идея, с которой он перерос фрейдистское мировоззрение. Она содержит его концепцию психической энергии, которая, как и все энергетические процессы, основана на полярности, или предполагает полярность двух противоположностей. Мы так привыкли сейчас в юнгианской мысли к этой идее, что склонны недооценивать ее и не задумываемся о том, что она значит, но когда мы читаем эти мифы творения со всеми их различными двойственными парами — два создателя, две половинки яйца, разделение образов Отца и Матери, — мы видим, насколько широко распространена эта идея и что она действительно является одним из самых основных архетипических образов и лежит в основе большинства сознательных процессов разделения: разделения эго и остальной психики, или субъекта и объекта, снаружи и внутри, и всех других противоположностей.

В мифе о разделении родителей акцент делается на том, что необходимо пространство, чтобы между небом и землей могло появиться все творение. Небо в целом символизирует более духовный аспект психики, а земля — более материальный аспект. В одной из своих поздних работ по структуре и динамике психики, Юнг определяет психическую область сознания эго как лежащая между материальным царством тела и архетипическим царством духа. Эта модель психики в точности соответствует этим мифам творения. Психика в этом представлении есть triton eidos (Платон) между соматикой и духом.

Таким образом, расщепление на две части предшествует каждой сознательной реализации. Также часто до того, как бессознательное содержание становится сознательным, когда оно затрагивает порог сознания, оно стремится разделится на две части: обычно это шаг непосредственно перед тем, как оно поднимается над порогом сознания. Это связано с тем фактом, что для нас непредставим никакой психологический процесс, в основе которого не лежит двойственность или полярность. Пока же противоположности суть одно и находятся в единстве, невозможен никакой сознательный процесс.

Этот момент связан с точкой зрения Востока, где конечной целью является возвращение в состояние, которое существовало до этого разделения на противоположности. Например, просветление, которое в буддийском учении и философии называется «бодхи», или просветление, описываемое как «сатори» в японском дзен-буддизме, являются попытками сознания перепрыгнуть в своего рода вспышке интуиции назад в единство, которое существовало до разделения на две части. Это состояние nirdvandva, за пределами противоположностей, возвращение в предсознательный этап тотальности и уход от субъект-объектного разделения, которое предполагает каждый процесс в сознании эго. Большинство космогоний, однако, описывают разделение противоположностей как положительный, творческий акт.

Тот же мотив двукратного разделения появляется в традиции маори, в мифе озаглавленном «Сыны Небес и Земли». В нем говорится следующее:

«Небеса, которые над нами, и земля, которая находится под нами, были прародителями людей и источником всех вещей, ибо ранее небеса лежали на земле, и все было во тьме. Они никогда не были разделены, и дети неба и земли стремились найти разницу между светом и тьмой [это важно — дети стремились найти разницу между светом и тьмой, между днем и ночью], потому что люди стали многочисленны, но все равно длилась темнота. [Затем идет примечание записывавшего эту легенду со ссылкой на фразы „ночью“, „первая ночь“, „от первой до десятой ночи“, смысл которой в том, что темнота была без предела и света еще не существовало.] И тогда сыновья Ранги [небес] и Папа [земли] посоветовались и сказали: „Будем искать средства, чтобы разрушить небо и землю, и отделить их друг от друга“. Тогда сказал Туматауэнга [бог войны]: „Давайте уничтожим их оба“.

И сказал Тане-Махута [бог леса], „Нет, пусть они будут разделены, и пусть одно идет вверх и становится чуждым нам; пусть другое остается внизу, и будет родителем для нас“.

И так дети неба и земли согласились, чтобы их родители были разлучены. Один лишь Теухири-Матеа [ветер] сжалился над ними. Пятеро согласились разделить их, и лишь один пожалел.

И таким разрушением своих родителей они стремились, чтобы люди увеливались и процветали, и в память об этом осталась поговорка: „Ночь! Ночь! День! День! Поиск, борьба за свет! За свет!“ И вот Ронго-Матане [один из сыновей — я не включаю все пояснения] встал, чтобы отделить небо от земли, но потерпел неудачу.

Затем Хаумиа-Тикитики попробовал свои силы, но у него также не вышло.

И встал Тангароа, чтобы оторвать своих родителей друг от друга, но не смог этого сделать.

Затем попробовал Туматауэнга, но также потерпел неудачу.