– Я признаю, что вы имеете полное право выдвигать такие требования, – признал правитель. – Но я должен попросить вас пересмотреть вашу позицию. Вы должны понимать, что Ходар совершенно беспринципен. В течение многих лет он строил козни против меня и против государства. Его предательство вылилось в преднамеренную попытку убить меня. Если бы не бдительность моего телохранителя, бросившегося на лучевой пистолет Ходара, он, несомненно, добился бы успеха. Как бы то ни было, он убил одного из самых храбрых солдат, когда-либо отдававших свою жизнь за благополучие Радака. Нет никаких сомнений в его виновности. Тысячи людей были свидетелями этого преступления. Он сам хвастался этим, делая признание.
– Все это, конечно же, мне хорошо известно, – ответил Гатола. – Но независимо от совершённого им, следует признать, что Ходар обладает редким мужеством и непоколебимой решимостью. Возможно, он верил, что выполняет патриотическую миссию по защите своей страны.
– Должен ли я сделать вывод, что вы оправдываете чудовищные преступления Ходара? – угрожающе проревела Кера.
– Вовсе нет, Ваше Высокопреосвященство. Я не оправдываю его преступления. Я просто обращаю внимание на определенные качества, которыми он, несомненно, обладает – качества, которыми должен обладать человек, сопровождающий меня в этом опасном предприятии и помогающий обеспечить его успех.
– Но, конечно, должны быть и другие… – прервав самого себя, Кера продолжил: – Вы, кажется, забыли, Гатола, что Ходар – ваш соперник, и к тому же непростительно ревнивый. Он тоже работал над аппаратом, с помощью которого надеялся превзойти вас в навигации в межпланетном пространстве. До вашего внезапного прихода к славе, Ходар, как предполагалось, знал о космонавтике больше, чем кто-либо другой в мире.
– Именно так! И именно по этой причине я настаиваю на том, чтобы он был со мной, когда я отправлюсь на спутник соседней планеты.
– Но этот человек – постоянная угроза миру на Радаке.
– Тем больше причин для того, чтобы убрать его с нашей планеты. Вероятность того, что он когда-нибудь вернется, очень мала, даже если нам повезет добраться до места назначения живыми. Я возьму на себя всю ответственность за его дальнейшее поведение.
– Что ж, очень хорошо, – смирившись, вздохнул диктатор. – Никто не может сказать, что Зой Кера когда-либо нарушал свое слово. Я немедленно отдам приказ освободить Джека Ходара из камеры пыток.
И вот так получилось, что два жителя Четвертой планеты – один из них являющийся человеком высоких моральных принципов, честным и преданным, а другой – печально известным, вероломным преступником – приготовились ринуться в космическую пустоту в слабой надежде достичь далекого спутника, выбранного в качестве места межпланетного рандеву.
Все было готово к отправке, и Гатола как раз собирался отдать приказ закрыть герметичный люк, когда в рубку управления ворвался Бикс Дунис и, задыхаясь, проговорил:
– Мне нужно поговорить с вами, Факс. Только что произошло нечто ужасно опасное – настолько опасное, что вам придется срочно поменять свои планы.
– Поменять планы, на данном этапе? – усмехнулся Гатола. – Да ведь это совершенно нелепая идея! Все готово для…
– Я все это знаю. Но вы не должны улетать, пока не узнаете о предательстве, замышляемом против вас.
– О предательстве? – воскликнул Гатола. – Вы хотите сказать, что Джек Ходар…
– Да, – прервал его Дунис. – Ходар намерен уничтожить вас.
– Чепуха. Ходар мне больше не враг. Он знает, что я спас ему жизнь. Конечно, он не станет…
– А разве нет? Если бы вы знали Ходара так хорошо, как я, вы бы поняли, что благодарность для него не значит ничего. Выслушайте меня, Факс. Я только что подслушал разговор Ходара с группой его бывших коллег. Хотя они так и не были арестованы, несомненно, что все они были замешаны в заговоре Ходара против правительства.
– И что с того?
– Кое-что. Я слышал, как Ходар хвастался им, что вы никогда не достигнете спутника Третьей планеты.
– Ходар всегда был пессимистом, – рассмеялся Гатола. – Он, несомненно, имел в виду неизвестные нам опасности, с которыми мы обязательно столкнемся в нашем путешествии.
– Я уверен, что у него и в мыслях такого не было. Иначе он сказал бы: «Мы никогда не доберёмся до спутника» или «Космический корабль никогда не достигнет пункта назначения». То, что он сказал, имело совершенно другой смысл.
– Что же именно он сказал?
– Он сказал: «Предоставьте это мне. Я позабочусь о том, чтобы Факс Гатола не добрался живым до спутника Третьей планеты».
– И из этого заявления вы сделали вывод, что Ходар планирует мое убийство?
– Как еще я мог истолковать его слова? Вы не хуже меня знаете, что Ходар вполне способен на подобные гнусные преступления.
– С этим я согласен, но мне также хорошо известно, что Ходар любит сыпать угрозами, о большинстве из которых он вскоре забывает.
– Тем не менее, он может привести в исполнение именно эту угрозу – если у него будет шанс.